Подойдя к самому краю, я зажмурилась.

— Машка, давай! — поторопил приятель.

— Ладно, — прошептала и прыгнула.

Страшно! Боги, как же страшно! Ледяной ветер бьёт в лицо и дыхание захватывает. Чувство полёта сводит с ума, сжимая сердце в тиски. Но, распахнув глаза, и посмотрев на землю с высоты птичьего полёта, я пришла в восторг. Ничем неописуемый, и не известный мне ранее.

Поглядев чуть в сторону, увидела, как ребята машут мне руками, а позади меня, летя следом, улыбается Костя. Мне даже показалось, что он подмигнул, но очки на глазах не дали толком это разглядеть.

И да, сейчас, когда адреналин зашкаливает в крови, я чувствую счастье. И почему только я раньше не попробовала прыгнуть с парашютом? Какой же глупой я была раньше!

А что это внизу? Что за тёмное пятно?

Присмотревшись чуть внимательнее, поняла, что оно начинает мелькать и светиться. Голубые всполохи начали разрастаться, а пятно теперь больше похоже на воронку.

Мамочки! Что это?

Обернулась. Костя показал мне большой палец, типа всё хорошо и я молодец, справляюсь самостоятельно. Но неужели он не видит этот ужас, к которому я стремительно приближаюсь?

Запаниковав, я замахала руками.

Костя, поняв, что со мной что-то не так, стрелой опустился ниже и обхватил меня руками.

— Что с тобой? — прокричал он, стараясь, чтобы я услышала его сквозь гул ветра.

— Там, — крикнула в ответ и указала рукой.

Сначала Костя удивился, заметив наконец то, что я ему показала, потом по его лицу скользнула тревога. И в тот момент, когда мы уже должны были вот-вот влететь в это тёмное со всполохами марево, Костя совершил манёвр, дёргая нас обоих в сторону.

Я не знаю, что было не так с этим пятном, в тот момент, когда мы сместились, оно сместилось вместе с нами, а потом, в момент соприкосновения, меня что-то дёрнуло.

Я почувствовала, как руки Кости разжимаются, услышала его крик, но меня уже несло куда-то вдаль сквозь эту воронку.

Я летела через яркий, мелькающий словно молниями, коридор, чтобы в последний момент приложиться со всего маху о шершавую поверхность.

Конечно, со всего маху, это я преувеличила. Коридор словно замедлил моё падение, но всё равно это оказалось больно.

Ударившись, я зашипела, обхватывая рукой ушибленный локоть.