Прислоняюсь к машине и осматриваюсь вокруг. Ночной лес выглядит довольно устрашающим. Передергиваю плечами, представляя, как я остаюсь здесь одна. Ведь в темноте могут скрываться разные монстры. Ладно! Может и не монстры, но оборотни еще не перевелись.

Рейган оборачивается, кидая на меня хмурый взгляд. Приближение мужа не сули мне ничего хорошего. Я вся подбираюсь, готовясь дать отпор, но Рей действует нахрапом. Мгновение и мои волосы в его кулаке, ещё одно и я прижата к машине его крепким телом, последнее — и мои губы оказываются в плену. Но и этого мужу кажется мало. Он поднимает мне, вынуждая обхватить его бедра ногами. И я понимаю, что битва проиграна, когда тело предательски реагирует на столь неожиданные действия моего вампира.

Я не останавливаю мужа, когда он ловко расстегивает платье и оголяет грудь. Соски мгновенно затвердевают на прохладном воздухе и, когда горячий язык касается их, то по пояснице пробегает стайка мурашек. Я откидываю голову назад и широко раскрытыми глазами смотрю на звездное небо, которое начинает кружиться.

На борьбу у меня нет сил, моя пара решила доказать мне, что я принадлежу только ему. И Рей добьется своего, так или иначе. Я собираюсь быть послушной, но когда прикосновения и поцелуи становятся болезненными, начинаю агрессивно отвечать на них. Это похоже на борьбу, в которой не будет победителя и побежденного.

Рывком вытягиваю рубашку мужа из-за пояса, расстегиваю брюки и сжимаю его твердый член в руках. Поцелуи возвращаются к моим губам, пока я скольжу ладошкой по налитому стволу. Кусаюсь, если могу, выплескивая все свое негодование.

Рейган в этот раз не распыляется на ласки. Перехватывает меня одной рукой, а другой ныряет между нашими телами, сдвигает в сторону полоску моих трусиков и резко входит в меня. Это причиняет легкую боль, но мое тело будто живет своей жизнью и уже через мгновение ночную тишину разрывают мои всхлипывания. Надеюсь, что царапины на груди мужа быстро не заживут.

Мы кончаем одновременно. Слишком быстро. Неправильно.

И тут же накатывает чувство безысходности, отвращения к тому, что только что произошло. Мне не хочется находиться в объятьях мужа. Я высвобождаюсь, поправляю на себе одежду и ныряю в салон автомобиля.

Оставшийся путь мы молчим. Не знаю, что за это время успевает надумать Рей, но привозит он меня к дому моих родителей. Я не спешу выходить из машины, собираясь с силами, чтобы сказать то, что вертелось на языке всю дорогу.

— Нам лучше не видится какое-то время, — сама поражаюсь той холодности, что звучит в этих словах.