– Не дождешься! – хрипом вырвалось из моего рта.

– Кем бы ты ни была, я – Архистратиг Воинства небесного, и стою выше тебя по иерархии! Это догмат!!! – продолжал куражиться Архангел, жадно глядя на меня.

По телу медленно разлилась адская – иначе и не назовешь – боль. Я изогнулась дугой, желудок скрутило, будто статуя сжала железным кулаком, и все его содержимое хлынуло на траву. Перед глазами заплясали мушки – от моей собственной «вуали смерти», что с каждой секундой становилась все гуще. Неужели ему удалось?..

Новая волна боли, сметая все мысли, доказала, что до этого момента я не имела о настоящих страданиях ни малейшего представления. Даже гореть заживо было лучше! Небо закрутилось перед глазами, наливаясь тьмой – истинной, первозданной и беспощадной.

Я закрыла глаза. Последним хочу видеть его лицо – моего Горана. Глаза цвета любви, губы, что так любила целовать, упрямый подбородок. Запустить бы напоследок руку в густую шевелюру, чтобы почувствовать под ладонью его волосы! Прости меня, воздух мой!

Глава 5 Конец - это начало Часть 4

Глава 5 Конец - это начало Часть 4

Яркая вспышка заставила открыть глаза. Вокруг вился, любопытничая, теплый свет. Междумирье?.. Надо же!

– Светлая? – надо мной склонилось лицо, сотканное из мельчайших золотых былинок. Все двоилось и растекалось, но эти уникальные зеленые глаза невозможно было не узнать. То самое существо, что спасло меня в детстве из ледяной полыньи!

– Спасибо… – хоть представился случай поблагодарить.

– Не спи! – взгляд наполнился тревогой. – Светлая, не уходи!

– Не сплю. – Пробормотала я, и тут же ощутила, как веки наливаются неимоверной тяжестью, а тело сковывает тягучая дрема. Боль стихает, а мягкий свет принимает в свои объятия вечного покоя, растворяя все проблемы.

– Открой глаза! – потребовал голос. – Открой!!!

Надоедливый какой!

– Они умрут! Слышишь? – продолжал тормошить зеленоглазый. – Горан и ваши малыши! Они умрут без тебя!

Кто? Мысли лениво заворочались в голове. Горан? Не помню. Глаза цвета любви, стальное кольцо, «Что же ты со мной делаешь!». Нет, помню! И наших детенышей – Саяна и Горану. Глаза резко распахнулись, свет полился в них кислотой.

– Смотри на меня! – потребовал голос. – Смотри, Светлая!

Сквозь слезы и вернувшуюся боль я сосредоточилась на зеленом взгляде.

– Не… смей… угрожать… им! – словно ворочая языком валуны, прохрипела мисс Хайд.