– Можешь оскорблять меня сколько угодно, – ленивым с сонной хрипотцой голосом протянул он. – Но ещё раз скажешь что-нибудь грязное на моего Джека и лёгким испугом не отделаешься.

«Его Джека»?

С застывшей на минусе физиономией скользнула взглядом вниз – в район паха, – и скривилась в отвращении:

– Ты зовёшь Его Джеком?

Только спустя несколько долгих секунд сосед усмехнулся:

– Его? – рассмеялся громче. – Мою гитару зовут Джек.

– Оу… – Чёрт. Как-то неловко вышло.

– Его я зову Билли, – добавил парень и подмигнул.

О чём я там говорила? О какой-то неловкости?..

– Малыш Билли, я надеюсь?

И вот больше всего взбесила эта его ленивая бессовестная ухмылка растянувшая на губах. Этот павлин, с расхлябанным видом прильнул плечом к дверной коробке и словно само Божество, эффектно (как мудак) сложил руки на груди, встряхнул шевелюрой (видимо один из финтов для завлечения тёлочек) и плюс ко всему подмигнул:

– А ты кто?

– Хрен в пальто! Ты дал полиции взятку? Почему ты всё ещё здесь и без наручников?

Бровь парня в любопытстве выгнулась, а изучающий взгляд забродил по моему телу – по коротенькому шелковую халату, в который я успела завернуться сразу после того, как со свирепым рычанием вскочила с постели и направилась сюда.

Взгляд этого кретина-рокера застрял где-то в области моих грудей, когда терпение лопнуло: