— Я… Как ты узнала об этом? — потребовал Уильям, обменявшись с Джотэмом шокированным взглядом. — Мы это делали, лишь когда Палма уезжала домой!
— Домой Палма уезжала только на каникулы, — решительно заявила Джасинда.
— Что?.. — потрясенно уставился на нее Джотэм. — Но Лата всегда говорила, что Палма отправилась навестить семью.
— Так и есть, — поддразнила его, лукаво улыбнувшись, Джасинда. — Меня. Она собирала вещи и ночевала в моей комнате. Для вас с Латой это был единственный способ побыть наедине, без посторонних глаз.
— Спасибо, — потянувшись, Джотэм нежно сжал ее руку.
— Собственно говоря, я ничего не делала. Всего лишь позволяла сестре спать на своем диване. Не знаю, но как-то же вы обходились после моего выпуска.
— Джасинда, а ты тоже служила в охране? — вопрос Питера заставил ее оторвать взгляд от легкой ухмылки Джотэма, намекавшей, что он ни за что ей этого не скажет.
— Нет. Я служила связистом на «Когте».
— Связистом? — переспросила Кассандра.
— Да, я отвечала за мониторинг всех входящих и исходящих сообщений. Деятельность не очень увлекательная, но крайне необходимая.
— Это точно, — поддержал ее Уильям, глядя на Кассандру. — Если не следить постоянно за их количеством, то в конце концов это может вызвать беспорядок и ненужную сумятицу.
— Да, единственно стабильной вещью был ночной звонок Джотэма Лате. — Джасинда откусила еще кусочек, не замечая, что на нее шокировано уставились не только Уилл с Кассандрой, но и Джотэм.
— Ты точно знала, что это Джотэм звонит Лате? — нарочито бесстрастный тон Верховного адмирала заставил Джасинду оторваться от еды и посмотреть ему в глаза.
Грациозно расправив плечи, она сухо ответила:
— Конечно, он звонил ей каждый вечер в восемь, если не был на дежурстве.
— Откуда тебе это стало известно? — нахмурился Джотэм.
— Благодаря твоему королевскому шифру, — Джасинда не понимала, что его так расстроило.
— Ты взломала королевский шифр? — лицо Кассандры выглядело напряженным.
— Нет, конечно же! — возмутилась Джасинда. — Его невозможно сломать!
— Так как же ты тогда узнала? — тихо спросил Джотэм.