Джад кивнул.

— Да. И если компьютерная атака не предупредит их, они продолжат нападать на вас и союзников, не хищников, до тех пор, пока база власти не будет разрушена до состояния небытия. Затем они начнут тихое наступление, чтобы установить дружественные Совету стаи вместо бывших союзников. — Его последние слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Вопросы сыпались на него со всех сторон, пока он не поднял руку, призывая к тишине. — Да, — сказал он. — Есть стаи, которые заключили соглашения с Советом о деньгах, земле или просто иммунитете от нападок Пси.

— Значит, даже если мы установим какую-то цепочку связи, чтобы помешать Пси начать войну за территорию, — черты лица Хоука заострились, напомнив волчьи, — мы всё равно не узнаем, кто стучит Совету?

— Я бы действовал, исходя из предположений, что все ваши слова передаются туда.

— Это можно обратить в нашу пользу, — отметил Лукас.

Хоук кивнул.

— После того, как проведём операцию, нужно поговорить о том, как наладить наши линии связи — стаи больше не могут оставаться изолированными друг от друга, если собираемся пережить Совет Пси.

Вскоре собрание закончилось, и Джад немедленно связался с Призраком. Поскольку он не хотел покидать логово, воспользовался случаем и отправил закодированное сообщение с просьбой позвонить по защищённой линии. Призрак ответил через несколько секунд.

— Этот звонок нельзя отследить, но мы не можем долго разговаривать.

— Понятно. — Джад изложил ситуацию с оленями и Пси, не упомянув ни Дарк Ривер, ни Сноу Данс. Точно так же, как и не раскрыл личность Призрака, Призрак не знал, куда Джад направился после того, как покинул церковь.

— Тебе нужны имена офицеров?

— Ты можешь их достать?

— Придётся взломать защищённую базу данных ПсиНет, но это не проблема, если только информация не строго засекречена. Полагаю, ты не хочешь разговаривать с этими людьми? — Джад не ответил, потому что ответа и не требовалось. — Моя цель — помочь моему народу, — сказал Призрак холодным тоном Пси, полностью погруженного в Безмолвие. — Не продавать их. Может, я и революционер, но не предатель.

— Бороться со злом, которое убивает невинных женщин и детей, — не измена.

— Я согласен — по крайней мере, в этой ситуации. Убийство оленей сродни уничтожению самых беспомощных мирных жителей в войне, о которой никто не знает.

— Ситуации бывают разными. Ладно. Твоя совесть подскажет, что делать.

— У меня нет совести, Джад. — Призрак понизил голос. — У меня так много крови на руках, что её никогда не смоешь.

— Будущее может удивить. — Оно может чертовски потрясать. — А если у тебя нет совести, почему ты стал революционером?