— Полагаю, что да, открою, — кивнула я. Мистер Стайлс распахивал передо мной двери одну за другой, я мельком заглядывала внутрь — осмотр, действительно, не более, чем формальность. — У меня есть диплом артефактора, но, думаю, помощники мне не помешают. Я уже подала прошение об открытии. Сегодня утром, когда приехала в город.

— О, побывали в ратуше? Ну, теперь к вам нагрянет ИМД. Эти себя ждать не заставят.

— Как они тут у вас, сильно лютуют?

Мистер Стайлс пожал плечами и первым начал подниматься по лестнице на второй этаж.

— Когда как. Инспектора, опять же, люди разные. В целом, наши торговцы не жалуются, хотя контролируют их довольно строго. Здесь же проходит Великий тракт, все службы бдят. Но скажите спасибо, что у нас не портовый город, там бы вас через ледяное пламя прогнали, прежде чем вы получили бы разрешение на открытие. Даже если все бумаги в порядке.

— Охранники ничего не касались?

— Нет, просто присматривали. Там при кухне есть закуток, они спали по очереди. Обедали не здесь. Леди Галбрейт оставила очень четкие распоряжения.

Второй этаж мы осмотрели еще быстрее: там располагались личные комнаты тети Розалинды, и я решила, что буду разбираться с ними, когда въеду. Жить в гостинице накладно, да и мне хотелось находиться как можно ближе к магазину. Дел здесь невпроворот.

— Если все в порядке, подпишите вот тут и тут, — когда мы вернулись в торговый зал, мистер Стайлс положил передо мной бумаги. Я взяла у него из рук самопишущее перо и подмахнула там, где стояли галочки. — Теперь вы — официальная владелица, мисс Смит. Поздравляю со вступлением в права.

Никакой торжественности в его голосе не было — очередная формальная фраза. Мистер Стайлс мне, кажется, даже немного сочувствовал. Видимо, чуял, что я влипла.

Что ж, он был прав.

Поверенный любезно подвез меня от Лавандовой улицы до гостиницы, предложил обращаться к нему с вопросами, ежели у меня таковые возникнут, и отбыл. Я поднялась в номер, который сняла сегодня утром: небольшая уютная комната с собственной ванной, оклеенная зелеными обоями, отчего казалось, что лежишь во мху и смотришь на сосны. Нил где-то прятался, и я не стала его искать. Умылась, переоделась, сменила промокшие сапожки на туфли и спустилась в ресторацию — поужинать.

Райстон я посещала в последний раз на каникулах перед третьим курсом; тогда стояло роскошное лето, будто сбрызнутое дынным соком и пропахшее сухой травой. Сейчас была середина весны, и, когда закончатся дожди, придет жара. Но пока воздух был сырой, прохладный, тяжелый от влаги. В ресторанном зале горел камин, и все равно я куталась в шаль.