Портал из дворца отнял слишком много энергии. Каналы до конца не развиты, пока это мой максимум. По правде говоря, я удивлена уже тому, что фокус с перемещением из дворца светлейшего вообще удался, с той защитой, что стоит на самом охраняемом здании в столице. Пока не произошло слияния, я не могу пользоваться силой в полной мере, но, несмотря на это, снова укрылась вмиг появившимися крыльями. Представила наш домик в небольшом городке Харольира, мамин сад, качели, подвешенные приемным отцом, когда мне было пять, еще до того, как меня отдали на воспитание в обитель служителей… Вспышка вышла уже не такой впечатляющей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вывалилась посреди леса. Поначалу не сразу смогла понять, где именно нахожусь, но по тому, что вокруг высились высоченные лапниоры догадалась, что все еще в Даорране. Они растут только здесь. Потому-то даорранские суда так ценятся во всем Ривенаре. После двух переносов одолел голод, но вот сунуть в рюкзак съестные припасы мне почему-то в голову не пришло. С досады пнула ближайший рассохшийся пень и прислушалась к звукам леса. Закрыла глаза, настраиваясь, и вскоре почувствовала течение воды. Далеко, не меньше двух тысяч шагов. Но где вода, там и рыба, авось удастся поймать хоть одну.

Направление выбрано – и я торопливо зашагала в нужную сторону. Это оказалась небольшая речка, стекающая с южных гор. Теперь я узнавала место, куда меня выбросило - это хорошая новость. Плохая – я все еще совсем недалеко от столицы Даорраны, и меня легко здесь найти. Если император даст отмашку ищейкам, думаю уже к вечеру меня снова притащат во дворец. Сил после двух переносов практически не осталось, плюс до того я двое суток не спала, стремясь облегчить участь императорского сынка. Ровно до той поры, пока не узнала, что же именно с ним произошло.

Ивиус, сын императора Люциара Третьего и почившей императрицы Лаории из рода Эриос, так и не принявшей имени своего венценосного супруга, три дня назад гулял в компании своих дружков – таких же деток именитых родителей. Закончилась их гулянка в портовом борделе, где они отожгли на всю катушку. Один из дружков Ивиуса, лотр Арней, сынок первого советника императора погиб на месте, еще двое, как Ивиус, были доставлены в лекарское крыло в ужаснейшем состоянии. Ауры всех троих оказались порваны в клочья. Их прокляли, причем от всей души и со знанием дела.

Едва придя в лекарское крыло, пришла в ужас от увиденной картины. Ни разу в жизни я не встречалась с подобным. По бледному, растерянному лицу Орбиуса поняла, что и главный лекарь империи тоже.