Дедуля меня любит, но так как мне нет еще восемнадцати, я считаюсь несовершеннолетней (повезло мне, из шестидесяти восьми в почти восемнадцать, хорош бонус, жизнь с чистого листа), и нахожусь под опекой отца. А вот через две недели исполнится, и я планировала уехать из этого дома к дедуле, так как по закону мне указывать никто не сможет уже, так как мне и восемнадцать будет и я, хоть и слабенький, но маг-универсал, что редкость даже для этого магического мира. А также, весь доход от моих имений (наследство маменьки) будет теперь лично мной распоряжаться, а папенька остается ни с чем, так как свое, что мог он, продал, осталась только эта усадьба. Она не продаваемая, как понимает Глория, только может передаваться по наследству от отца к сыну или к старшей дочери, если наследник не был произведён.

А так как у папеньки с мачехой есть только совместная доча шестнадцати лет (ага, ага, оказывается папенька от мамы на сторону уже много лет ходил, дед, если бы мог, давно бы забрал и папеньку по миру бы пустил, но закон он и в Африке закон, а дедуля у меня кто-то там при короле в должности, и нарушать закон не может, вот как-то так), да мачеха меня на дух не переносит, да и папенька, как только я стала отказываться уступать его воле, стал ко мне относиться как к чужой. Могли бы, они со своей новой семейкой отправили бы меня с глаз долой, да боятся, что дедуля им устроит последний день спокойной жизни.

Не состоявшийся же женишок у нас, оказывается, не кто иной, как братик родненький моей мачехи. Бездельник, игрок, кутила, в общем, тот еще фрукт. Вот за него меня и хотели спихнуть, в надежде, что денежки с моего хозяйства будут и дальше поступать на жизнь в удовольствие этой семейки. Хотя аппетит их, видно, не слабый, раз папенька распродал все, что мог, а сейчас облом. А так, как я отказалась выходить за их кандидата и обещала настучать на них дедуле, меня моя мачеха, в свете вроде как нервов, так как мы беременны и наши капризы, должны исполняться со щелчка, а я, такая тварь неблагодарная, не стелюсь как коврик, из-за ссоры, которая у нас с ней произошла, спихнула меня с лесенки, а я вот возьми и выживи, и теперь боязно всем. Вдруг донесу это всё до дедули. Вот папенька тут и вещал мне про то, чтоб я помалкивала. А вот тут надо подумать, как эту ситуацию повернуть в свою пользу, так как чувствую, что это змеиное гнездо мне еще подгадит. А яд в умелом контроле очень хорошее лекарство.

Так, пока информации более-менее достаточно, надо всё обдумать, и решить, как дальше быть. Сказав Глоре, что устала и лягу посплю, отправила её в разведку. Сама стала думать и анализировать полученную информацию.