После моего вопроса Миури и ее сын переглянулись. Мужчина шепнул: “Умалишенная?” Женщина пожала плечами, ответив: “Другой у нас все равно нет”.
Они разговаривали так, словно я их не слышала.
“Может, тогда лучше сказать, что мы отказываемся от заказа?” – снова голос Лейса.
“Мы не можем отказать дарку. Иначе в следующий раз он найдет другое Логово Мотыльков”.
“Логично, – кивнул Лейс. – Но и опозориться мы не можем…”
Он выразительно округлил глаза, а его мать сжала губы.
Я решила не останавливать их: пусть болтают. Мало ли как у них тут заведено.
Однако после всего прозвучавшего сана Миури опять повернулась ко мне и мягко проговорила, положив мне на руку свою пухлую ладонь:
– Мы позаботимся о тебе, девочка. Главное, делай все так, как мы говорим. И получишь щедрую награду.
Я приподняла бровь, глядя на женскую кисть, как на живого скорпиона, который вот-вот заползет мне под одежду и ужалит. Но постаралась держать себя в руках, не скидывать с себя эту дрянь. Сана Миури не должна почувствовать во мне угрозу и сопротивление.
Получится ли у меня это?..
Меня все еще трясло, но с каждой секундой соображать получалось все лучше.
В какую бы передрягу я ни попала, в искусственную или настоящую, не стоило закапывать себя еще глубже. Лучше попытаться выбраться. И лучший способ для этого – не отсвечивать, а делать вид, что со всем согласна.
– Спасибо, сана Миури, – проговорила я как можно спокойнее, хотя, признаться, это было непросто. – Но я… немного не помню некоторых вещей. Мне кажется, я упала и ударилась головой.
Потерла затылок, словно там была шишка, и сделала самое жалостливое выражение лица, на какое была способна.
– Ах, так она, видимо, сильно ударилась! – всплеснула руками женщина.
– А сможет ли она через час работать? – нахмурился Лейс.
С каждой минутой он нравился мне все меньше и меньше. Впрочем, вряд ли это имело хоть какое-то значение. Если мне не удастся сбежать, смогу тихо ненавидеть этого типа сколько влезет.
– Ах, да, ужасно болит, – чуть всхлипнула я для достоверности, потерев псевдоушибленное место.
Хотела бы я, чтобы там и впрямь был синяк. Тогда стало бы ясно, что у меня галлюцинации от какого-то удара. Но на самом деле я была здорова с головы до ног.