На этих строках я оторвала взгляд от письма, и посмотрела на «добросердечного дракона». В данный момент очень «добросердечный» дракон готов был убивать всех вокруг деревянной качалкой в виде лошадки, с которой только что упал, причем совершенно без криков и видимых повреждений, его обожаемый крестник. И этот самый крестник ныне стоял и смотрел на дядю Кристиана большими глазенками, беззвучно повторяя за ним самые заковыристые выражения. О, нет, сердце у лорда Давернетти может быть и доброе, зато характер не сахар.

«Прекратите выражаться, ребенок вас не просто слушает – он все повторяет!» – послала я мысленное.

Лорд Давернетти, прекратив гарантировать окружающим скорую смерть, расписывая ее во всех ужасающих подробностях, повернулся к дому, увидел меня, сидящую в тени беседки, затем воззрился на наследника рода Арнелов и предложил:

– К дяде в тюрьму?

Аарин радостно протянул ручки.

В следующее мгновение огромный дракон взмыл в воздух, прижимая к себе лапой крохотного дракона, который тоже отчаянно пытался махать крылышками, но у него это пока плохо выходило.

Беспомощно проследив взглядом за их полетом, я села писать ответное письмо лорду Гордану, интересуясь его делами и тем, как к нему попало данное письмо, когда пришло мысленное сообщение от Адриана:

«Я почти закончил, через шесть часов буду дома».

«И ужинать мы будем в одиночестве, потому как лорд Давернетти снова похитил нашего сына», – раздраженно ответила ему. Но тут же вспомнив, причины, по которым моему супругу пришлось слетать в столицу, спросила: – Как прошло совещание с кабинетом министров?»

«Без каких-либо трудностей, благодаря твоему отцу. Это у вас видимо семейное – находить выход из казалось бы самых безвыходных ситуациях».

Я невольно улыбнулась.

«Ко всему прочему в предпринимательских кругах у твоего отца непогрешимая репутация. Таким образом, представителем министерства торговли в Вестернадане будет мистер Ваерти».

«М-м-м, поздравлю папу».

«С увеличением количества бумажной работы, – усмехнулся Адриан. – Но это единственная уступка, на которую я пошел, в остальном Железная гора и прилегающие к ней территории сохраняют абсолютный суверенитет. Что привезти тебе из столицы?»

Мне хотелось ответить «Себя», но это прозвучало бы как-то слишком. С другой стороны говоря откровенно, ничего иного мне не хотелось. А потому, несколько поразмыслив, я ответила:

«Дорогой супруг, там над просторами серой унылой столицы нашей империи летает один черный дракон. У него не самый лучший в мире характер, нрав так же нуждается в корректировке, и прочих недостатков более чем достаточно, но больше всего на свете, я бы хотела, чтобы ты привез мне именно его».