Рон, а следом я открыли по одному глазу, переглянулись, решили, что нам это никак не мешает и снова уснули. В итоге, утро для обоих наступило только к обеду.

— Тинка, вот это мы с тобой дали. — гундосым спросонья голосом констатировал супружник, приподнялся на локте, поморгал длинными ресницами и снова пал рядом на подушку. — Может ещё маленько поваляемся? — он смешно состряпал губы дудочкой и дотянулся ими до моей шеи.

— Вставай, лежебока, труба зовёт. Где твоя гражданская совесть? — вяло прогнусила в ответ, не делая даже попыток пошевелиться.

Так хорошо, так уютно и благостно было лежать рядышком в тёплой постели, никуда не бежать, ничего не решать, вдыхать запах его волос и знать, что всё страшное позади.

— Ха! Так это кто у нас тут ещё лежебока?! Я, говоришь?! — муж с широченной улыбкой подбросился на кровати и навис надо мной, — Значит, я?!

Аж дыхание перехватило, бровки съехались домиком, а горло сковал спазм.

— Тинка, ты чего? — он тут же заметил перемену в моём состоянии.

— Ничего. — расправляя лицо, проглотила комок, — Давно тебя не видела таким…

— Каким? — его губы приблизились к моим.

И тут за дверью кто-то нарочито, хоть и не очень смело кашлянул.

Рон ткнулся лбом в моё плечо, и оба тихо рассмеялись.

— Кто там? — повернув голову вопросил муж.

— Так это того… — послышался неуверенный мужской голос, — Велено передать, что этого самого, водичку привезли.

— А-а-а! Вода-вода-вода! — выпучила глаза я, вспомнив, что жизнь, конечно, налаживается, однако, «лечения» пока никто не отменял.

Кроме Рона, божественным напитком срочно требуется поделиться с Сорросом. Ну и Миразу, поди, накапаем для профилактики. Да и…

— Всё, побежала, побежала моя неугомонная жена. — с ласковой насмешкой следя за моей мимикой, сказал Рон, и всё-таки спокойно так, без спешки, прочувствованно завершил начатое. Поцеловал, в смысле.

— Таки и-и… чо передать-то? — снова робко раздалось из-за двери.

— А это что ещё за крендель тут трётся?! — совсем рядом громоподобно рявкнула Флита, — Сказано ведь было, к этой двери не подходить! Не сметь господ беспокоить!

Даже если бы мы ещё спали, и нас не сумел разбудить этот неизвестный шептун за порогом, теперь бы точно подорвались, как от пожарной тревоги.

— Проморгала нарушителя. — вжала голову в плечи я.