За лавками с пряностями в Гордеро, также как и за состоянием палаццо, следил Корт. Последние годы неустающий радоваться на расцветающие земли Ронхардов. Он до сих пор в тайне гордился тем, как ловко он все провернул, устроив брак Леона и Нариз. С каждым годом его роль в этом браке казалась ему все более значительной. Но он благоразумно молчал, хотя в глубине души слегка раздувался от важности.

Надо сказать, что и его жизнь,и благополучие сильно продвинулись за последние годы. Небольшой домик, который он мог себе позволить в начале службы, сейчас сдавался в аренду, а семья перебралась в добротный особняк Контеро. К детям приходили наемные учителя, а жена все также оставалась красавицей. Так что, пожалуй, единственная просьба, которой Корт беспокоил богов, звучала так: «Хоть бы и дальше ничего не менялось!».

А ВРЕМЯ ВСЕ БЕЖИТ И БЕЖИТ...

Под руководством Катиш Волт дослужился до серьезной должности мажордома. И приобрел наконец-то на радость жене, небольшое брюшко для солидности.

Катиш на три года оставляла службу, родив Волту двоих мальчишек-погодков. А потом, к удивлению многих, запросилась назад на работу, почти бросив собственный дом и детей на прислугу, как шептались сплетники в замке. Больше всего их удивляло, что ридгана не только взяла горничную и повысила ее в должности, но и сочла необходимым оплачивать ей няньку.

Однако, Катиш расцвела и похорошела на глазах – будучи слишком деятельной и хлопотливой натурой, она скучала в своем маленьком хозяйстве, а выйдя на должность старшей горничной, ощутила крылья за спиной.

Изредка сплетни докатывались даже до Нариз, но она только усмехалась и делала Катиш очередной подарок – моточек кружев, отрез на платье или сладости с господского стола. Радуясь безделушкам, сладости Катиш все-таки предпочитала относить сыновьям – мальчишек она любила и баловала. Но помня о том, как тяжело начиналась их собственная с мужем карьера, собиралась обучать их грамоте, рассуждая так:

-- Они, ридгана Нариз, парни у меня толковые. А ежели еще и грамоту будут знать, то глядишь, смогут стать экономами или даже кастелянами.

Честолюбивые планы Катиш Нариз поддерживала, и после небольшого совещания с мужем открыла для детей прислуги нечто вроде школы. Благо, в огромном замке хватало пустых помещений.

Воспользовались возможностью не все. Некоторые дети просто не хотели учиться, у некоторых родители считали это глупостью и пустой тратой времени, но почти полтора десятка детей посещали класс каждые семь дней из рундины. Нариз не давила на людей, понимая, что спешить некуда и, как сказала Эрина Милосердная, «Жизнь все расставит по своим местам».