-- Пойдемте, маркиза, я отведу вас к мужу.

-- Мне дурно!

-- Вам вызовут лекаря, мадам, – Генри даже почувствовал некое раскаяние за разговор. Впрочем, весьма легкое.

Пусть Аделаида и была дрянью, но она все же высокородная женщина. А женщины, как всем известно, хрупки и безмозглы. Им следует многое прощать.

Впрочем, вряд ли они еще увидятся с мадам. Теперь забота о ней лежит на маркизе Вэнксе. Иметь членом семьи такую гадину врагу не пожелаешь, а для него, барона Хоггера, все сложилось наилучшим образом.

Так что, к сожалению, окончание свадьбы было омрачено еще и обмороком невесты. Впрочем, гости сочувствовали и понимали волнение молодой дамы, потому ей вызвали домашнего лекаря, который и прописал невесте покой.

Гости повздыхали и начали расходиться, маркиз провожал их, выслушивая чуть ехидные слова сочувствия от подвыпивших мужчин. Дамы просто прятали ехидные улыбки.

Впрочем, сам маркиз в глубине души был даже доволен таким исходом: свадебный пир утомителен, а проклятый возраст нельзя списывать со счетов. Завтра он отдохнет, наберется сил и предоставит мадам все доказательства своей любви и мужской состоятельности.

Все же брак со столь привлекательной девицей хорошего рода весьма хорошо скажется на его положении в свете. Есть же разница -- быть старым скучным вдовцом или обожаемым мужем прелестной маркизы Вэнкс.

***

Сонный Йохан помогал барону раздеться, а сам Генри Хоггер обдумывал случившуюся час назад сцену и все разговоры, что произошли чуть позднее.