Я резко обернулась, предчувствуя неладное. И точно: мой Злой Рок, друг и спаситель, едва заметно колыхаясь, жался к самому темному углу. Явно следовал за нами и подслушивал, негодник! При виде Миэль он попытался забиться поглубже в тень, но спрятаться не успел. И теперь покорно «вздыхал», признавая, что обнаружен.

Рядом с ним (что стало ошеломительной неожиданностью) сидел мой мизаур, развесив в стороны несоразмерные локаторы. Два негодника!

– Ухаживает, – рассмеялся Даннтиэль, на этот раз совершенно искренне.

Гхаррова бездна! Я испуганно загородила морок собой. Знала я, как столичные сирры на исчадий реагируют. Кричат, в обморок подают и требуют немедленно отправить «это» на изнанку. В общем-то, как все прочие сирры… И как я еще недавно на полигоне.

– Вы только не паникуйте, – сглотнула нервно, совсем не горя желанием отправлять Рока на изнанку бытия. Мы с ним только-только достигли взаимопонимания! – Он безобидный совершенно, когда не обнимается.

– Ухаживает? За кем? – громко икнув, Миэль удивленно вскинула брови.

– За мной, – выдохнула покорно.

Помахала на Рока руками, намекая, что еще немного – и с них опять полетят фиолетовые нитки. Видит Варх, полетят, если он немедленно в стенку не засунется! И не перестанет доводить до икоты хитанских гостий.

Хотя, справедливости ради, Миэль не выглядела напуганной. Просто изумленной. Но это не помешает ей нажаловаться ректору, что у нас тут порождения Тьмы по коридорам шастают. И к студенткам с подарками пристают.

Морок бесстрашно помотал «головой» и поманил туманным хоботком к себе. Сгорая от стыда, я послушно приблизилась. На мою ладонь приземлилось красивое золотое перышко. Ну… просто огхарреть.

– Опять? – простонала, глядя в жутковатые глаза товарища. – И откуда ты все это таскаешь?

Ругаться толково я не умела, так что нравоучениями морок не проникся. Выплюнул из туманной плоти очередной желтый камешек размером с анжарский орех. И лишь после этого просочился в стык между стен.

Миэль искристо рассмеялась над моим нелепым видом. Согласна, выглядела я глупо с двумя протянутыми руками, пером, «джантариком» и приоткрытым ртом.

– И ничего такого, – проворчала, пряча подарки в карман юбки. – Да, жуткая, мрачная темная сущность таскает мне всякую ерунду. И отказов не принимает. Такая вот невоспитанная.

– Вы как будто куда-то спешили, когда я вас окликнула, Данни? – сирра Рэдхэйвен стерла улыбку с лица и приняла загадочный вид.

– Хочу увезти Эйвелин отсюда.

– Куда?

– Домой.

– Смотря что считать домом, – она повела плечом, и струящаяся ткань черной блузки колыхнулась волной.