И вот сейчас, в эту минуту, я сижу здесь и наблюдаю, как мой науко поднимается со своего места и готовиться пройти через это вместе со мной. Аарон нарочно не смотрел на Брая и Дейта, страх не удержать желания убить их, заставлял его смотреть в другую сторону. Сегодня он не выставил щитов и не отгородился от меня, я тоже не стала. За час до суда, капитан заверил меня, что все это просто формальность и ему предстоит просто рассказать о случившемся, чтобы каратели знали обо всех подробностях. Но, ни он, ни тем более я, даже представить себе не могли, чем все это обернется.

– Ваше величество! Господа каратели! Я представляю интересы сержанта Аддарио и от ее лица обвиняю этих рекрутов в тяжком преступлении, а именно насилии физическом и эмоциональном. – В словах Аарона не было и тени эмоциональной предвзятости, лишь холодные факты и уверенность. – В июне этого года, во время праздника, по случаю прибытия делегаций из соседних стран, эти двое подкараулили сержанта Аддарио и, лишив ее сознания, перенесли в заброшенное здание. Там они избили ее и попытались изнасиловать.

С каждым новым словом, которое произносил Аарон, мое сердце то замирало, то пускалось вскачь. Я сидела, согнувшись как можно ниже, и пыталась спрятать свои глаза. Поднять голову и посмотреть в глаза всем этим людям не хватало духа.

– Доказательства?! – произнес капитан Элтон. – Это все слова сержанта или были свидетели произошедшего?

– Я, моя команда, сержант Эшли Стэлз и две девушки, присутствующие здесь, были свидетелями. Мы обнаружили сержанта и доставили к дворцовому лекарю, – ответил капитан, его не смущали вопросы карателей. Я никогда не была на открытом суде, но внутреннее спокойствие Аарона говорило мне, что он этого ожидал.

– Расскажите все по порядку. Как именно вы ее обнаружили и что видели своими глазами. – велел капитан Олди.

– Я находился во дворце и беседовал с советником Кастол, в тот момент, когда мой волк позвал меня, дав понять, что что-то не так…

– Ваш волк дал вам понять? – ехидно переспросил капитан Макрой.

– Именно. Мой волк выражал беспокойство и звал меня за собой, обычно это означает, что он хочет мне что – то показать. Если вас это смущает, капитан, можете поинтересоваться у собственного сына. Насколько мне известно, он большой любитель собак и прекрасно знает, что это умные животные. Мой волк мало чем отличается от хорошей собаки, и даже во многом превосходит ее. – Я почувствовала, как в глубинах души Аарона пробуждается злость и снова убедилась в том, что с этим преподавателем у него давний конфликт. Краем глаза я решилась посмотреть на Макроя и заметила, что слова о сыне задели его. – Я привык доверять Каю и немедленно отправился за ним в город. По прибытию на площадь обнаружилось, что сержант Аддарио исчезла.