Она успела лишь моргнуть. Отшатнулась назад, ощущая смертоносный холод стали за спиной, когда стражник снова заорал. Но на этот раз от боли. Мелькнул белый полукруг, будто тонкая вуаль на сцене, и в снег с глухим звуком упали две обрубленные кисти. На подол плаща брызнули капли крови.

Стражник рухнул на колени, держа перед собой две культи, из которых хлестала кровь. Он рыдал так громко, что от этого звука закладывало уши.

Справа кто-то согнулся в рвотных спазмах.

В спину Катарины кто-то вцепился.

Испуганный девичий голос зашептал молитву. Сюли.

В ворохе снежинок над стражниками пронесся призрачный силуэт. Он опустился за спиной воина, который направлял на Катарину меч, и, взмахнув измаранным в крови веером, полоснул его по руке. Каким-то удивительным образом шелк прорезал ткань и плоть. Стражник закричал и выронил меч. Из его раны тоже потекла кровь, орошая белоснежный покров.

Воины, посланные ее арестовать, начали отступать, пока напротив Катарины не остался стоять… Что ж, теперь она не была уверена, что это только человек.

Под потрясающе красивой маской, которая сейчас выглядела совсем иначе, сверкали знакомые глаза. Длинные черные волосы, небрежно заколотые на макушке простой шпилькой, развевались, подобно военным стягам, хотя сейчас не было ветра.

Выцветший старый плащ струился по мощной фигуре, скрывая смертоносную силу, таящуюся под ним.

Смуглые сильные пальцы играли с рукояткой измаранного в крови веера, то раскрывая его, и будто нарочно демонстрируя жуткие багровые пятна, пропитавшие белый шелк, то закрывая.