— Кто ты? — потрясённо спросила она.

— Иномирянка, — решила начать девушка с простого. В некоторых безвыходных или опасных ситуациях правда — самый верный способ. Порою она является самым удивительным вариантом описания произошедшего, что совершенно обезоруживает собеседника. — Волшебство пробудилось благодаря мне, — продолжила она. — Это я вас пробудила.

— Наш мир не зависит от того, что происходит в мире смертных, — возразила на это фейри. — Нам просто временно был закрыт к нему доступ.

— Значит, я та, что открыла вам его, — настаивала Атти на своей важности. И значимости. Пытаясь одновременно намекнуть собеседнице на «должок».

Королева посмотрела на неё с подозрением. Недобрым.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Почему вы стали нападать на город людей? — пошла Атти ва-банк, пока та не решила, что с ней делать дальше.

— Они построили свои камни на наших священных землях Рождения, — как ни странно, ответила та. — Осквернили их. У нас появился шанс помочь Матери, не нарушая её Законов, связавших нас.

— В чём помочь? — растерялась девушка.

— Уничтожить человечков, — ответила королева очевидным тоном, поражаясь глупости собеседницы, словно это было само собой разумеющиеся.

— А дварфы причём? — задала она следующий вопрос, не позволив себе удариться в самобичевание.

— Мы почти не чувствуем Мать, — опять начала отвечать королева. — Она очень слаба. Что-то не так. Дварфы созданы из её крови. Они почти как мы. Они могут вернуть ей силы, которые она когда-то отдала им.

— Так что ж вы сами не прыгнете в пропасть, чтобы вернуть то, что она вложила в вас? — съязвила Аттика.

Королева недобро прищурилась.

«Блин, не туда свернул диалог, — подумала она, лихорадочно соображая, как спасти ситуацию и свой новый народ. — О!».

— Я, — начала она, распрямившись, повышая голос, придавая ему величественности и важности, почти копируя «мужа», когда он Лиму представлялся, — королева дварфов. Любимых детей Богини, созданных Ею из глубины сердца Её. Отдавшей ради них свою кровь. И плоть. Любовь. Для жизни. Для радости. Для того, чтобы Быть! — чеканила она каждое слово. — И покуда сама Мать, Богиня, наша Создательница, сама не потребует свою жертву с моего народа, мы не отдадим более ни одной жизни из славного древнего благородного рода дварфов. И не будем мстить фэйри, нашим старшим братьям, за ошибки, которые они совершали и ранее, за что Мать и создала для них Законы. Если они отпустят славный народ дварфов с миром и не будут более строить коварных враждебных планов.