— Господин, — громче гораздо выговорила я.

— Господин? — хмыкнул мужчина, но не сердито. — Чего тебе, малый?

— Куда… куда вы едете, позвольте узнать.

Я поздно спохватилась, что нужно было голос грубее сделать, ведь на мне была мужская одежда и в темноте возница наверняка принял меня за мальчика. Но мой голос так охрип после рыданий, что сошло и так.

— В К…, — назвал городок, в паре дней пути, где-то на востоке от столицы мужчина. — А тебе какое дело?

— Возьмите меня с собой!

— Куда же я тебя возьму? — изумился возница, указав на груженную до верху повозку. — Мне и самому тут места почти нет.

Он был прав, указав на скамеечку на передке повозки, для него предназначенную, двое там просто не смогли бы сесть. Я обвела взглядом ящики в повозке и сделала еще один шажок вперед, умоляюще сложив руки на груди:

— Ничего страшного, я как-нибудь устроюсь. Мне очень надо!

— Надо, говоришь? — обвел меня скептическим взглядом мужчина. — А деньги у тебя есть?

— Есть! — обрадовалась я и тут же вытащила кошелек.

Какое счастье, что он попался мне на глаза, когда я покидала свою комнату! Денег там было совсем немного. Буквально позавчера, я взяла у отца несколько монет, чтобы отправиться на прогулку, в торговый квартал, с подругами. Пару вещей я купила, но за них платить было не надо, просто отправив со счетом ко мне домой. А дешевые вещи меня не особенно привлекли, так - пара безделок, оставшуюся мелочь ссыпав кошелек, я просто забыла об этом.

Не представляя даже, сколько может стоить такая поездка, я выхватила из кошелька несколько монеток и протянула их вознице не глядя. Он странно на меня посмотрел, но потом хмыкнул и подставил свою ладонь, куда я с радостью и облегчением, высыпала деньги.

— Лезь, но смотри не поломай ничего, — строго сказал он мне.

Забраться на повозку мне с трудом удалось, но помощи просить я конечно не стала. Вроде бы уселась, но когда повозка тронулась с места, чуть не рухнула вниз, до крови расцарапав руки, когда вцепилась в ящики рядом с собой. Пришлось на ходу искать место поудобней. Кое-как простроившись, я баюкала свои израненные руки, смахивая вновь набежавшие слезы. Быстро попа заболела из-за жесткого ящика на котором я сидела, я наверное вся в синяках буду после такой поездки, но жаловаться я не имела права и терпела толчки и неудобства. Все это мелочи, главное выбраться из города. Сердце ныло гораздо больнее.

Я не чувствовала себя неправой. Для меня в тот момент не существовало другого выхода, кроме как бросить все и уйти. Но как же больно и трудно все это было! Вся моя жизнь оказалась фальшивкой, все кого я любила, кому верила - предали меня. А про Хэварда я даже вспоминать не хотела, перед глазами все темнело, дышать невозможно было, будто у меня и сердца совсем не осталось — сплошная дыра. Мама говорила… и новый укол. Она поддержала отца. Все знала и всегда была на его стороне! Не на моей!