Полет на вороне оказался тем еще аттракционом. Когда в саду дворца, куда Кайд привел меня и Иана после утренних процедур и быстрого завтрака в компании всех мужчин, бист покрылся золотой дымкой и перевоплотился в ворона размером с коня с красными глазами-блюдцами, пришлось очень постараться, чтобы не шарахнуться от него в сторону.

Птица подошла ко мне и подняла огромное крыло. Потом буквально приобняла им и игриво пощекотала огромным клювом мои волосы, что-то урча. Эти звуки не напоминали привычное карканье, скорее, воркование, грудное, мягкое, приятное слуху. Да уж. Ипостаси ректора испытывают ко мне прямо-таки какую-то необычайно нежную привязанность, по-моему.

Я погладила ворона в ответ. Страх, который испытывала к этой ипостаси в академии, куда-то испарился, оставив только благоговение и любопытство. Перья под пальцами были жесткими и чуть шершавыми, не такими, как у Вайриса. Но мне все равно понравилось.

Бадб подогнул ноги, чтобы Иан смог оседлать его, размещаясь чуть ближе к птичьей шее. Я видела, что магистр тоже предвкушает полет и искренне благодарен Кайду, что тот позволил ему присоединиться к этой прогулке и покататься на нем. Насколько я поняла, звери бистов редко дают другим существам такую возможность. А испытать полет в этом мире может не каждый - летательных аппаратов тут нет, а крылья имеют только ирлы и некоторые ипостаси многоликих.

Потом дарк подал мне руку и помог забраться назад. Я обхватила Иана руками за талию и охнула, когда ворон, резко оттолкнувшись от земли, взмыл в небо.

- А если нас кто-нибудь увидит? - прокричала я магистру в ухо. Голос немного дрожал от нахлынувшего адреналина, но упасть со спины бадба я не боялась.

- Не увидит. Вайрис дал мне скрывающий артефакт - отозвался дарк - тебя и меня никто не заметит. Он не работает во дворце, но в небе-то защиты нет.

Я кивнула и посмотрела вниз, на ровные ряды серый домиков Лигерии. Сейчас улицы столицы одинаковыми продольными и поперечными полосами делили кварталы города на идентичные друг другу квадратные ячейки. С высоты птичьего полета было видно, что вся Лигерия построена как по линейке, ровно и аккуратно. Занятно.

Строения закончились неожиданно, и под нами плавилась небольшая полоска леса, похожего на хвойный, которая являлась границей между городом и огромным озером Келигер.

Я уже сравнивала природу Бистии и северную природу моей родной страны: те же скалистые берега, покрытые ярким мхом, каменные острова-шхеры, одиночные деревья, напоминающие сосны. Казалось, что я на несколько мгновений перенеслась обратно куда-то на берег Онежского озера, куда как-то ездила отдыхать. В груди кольнуло, но я помотала головой, отгоняя лишние мысли. Я скучала по родному миру, но это была какая-то светлая, не приносящая боли тоска. Мысли о том, что я никогда не вернулись на Землю, не вызывали тревог или уныния. Этот мир дал мне гораздо больше, чем я могла себе представить, и покинуть Райнеру я уже точно не могу, даже если такая возможность у меня появится.