Вода пузырилась и ласкала кожу, медленно расслабляя. Я закрыла глаза и просто лежала, совершенно не беспокоясь о том, что мы с Дрейком оба сейчас голые.

Мы молчали и почти не шевелились, просто наслаждаясь близостью друг друга, ленивой негой этого места и пузырящейся вокруг нас водой. Дрейк что-то тихо рассказывал мне на ухо, щекоча волосы дыханием. Его голос, вкрадчивый, хриплый и очень низкий, вибрировал в моей груди. Он не лез ко мне с ласками, вообще не трогал руками, расположив их на бортиках чаши, но даже такое положение тел будило во мне и голод, и желание, и трепет. Медленно и неумолимо.

- Я первый раз за эти недели чувствую, как напряжение уходит - признался мужчина, перемещая руки на мой живот. Он поглаживал пальцами мои ребра, то едва касаясь, то с нажимом, и от этого почти невинного контакта в какой-то момент я застонала от обилия приятных ощущений.

Рука миранца осторожно накрыла мою грудь и покатала между пальцами сосок. Я буквально вжала спину в грудь мужчины и развела ноги чуть в стороны, требуя от него большего напора. Давая на его дальнейшие действия свое разрешение. И он дал мне его, этот напор, окунув в свою страсть и погрузив в нее с головой. Не давая мне вздохнуть в полную силу, лаская меня уже исступленно и откровенно. Растирал мою плоть, дразнил ее. Целовал шею и плечи. Хрипло дышал мне на ухо, прикусывал мочку, шептал то что-то нежное, то почти пошлое.

Мне казалось, что это длилось часы. И темная пугающая часть его натуры, его сложная тяжелая энергия словно голодный зверь просыпалась, рычала, звенела и словно просачивалась через любое его касание в мое тело.

Это было совсем по-другому. Не сравнимо с ощущениями от близости Стефана или Рина. Пси-энергия Дрейка была темным огнем, почти физически обживающим. Сильная, жаркая, она не накатывала волнами, а накрывала одним мощным цунами.

Вокруг нас все менялось по мере того, как усиливались ласки, а Дрейк, восстанавливаясь от упадка сил и избавляясь от напряженности, все сильнее распалялся и разгорался сам.

Я окончательно утонула в этом мужчине. Он настолько окутал меня собой, что в какой-то момент, все, что я почувствовала - это жаркий темный поток внутри себя и его руки и губы на своей коже. А потом его плоть в себе, его силу вокруг себя и больше ничего. Движения Дрейка были такими же мощными, как он сам. Его ласки - чувственными и полными страсти. Губы на сосках - горячими и пробующими. Пальцы на клиторе - выбивающими искры из глаз. Язык на мокрой коже - вызывающим хрипы и стоны.

Мне казалось, что в этом единении он отдает себя, а не берет меня. Что он обнажен не только физически, но и во всех возможных смыслах. Что он готов к тому, что сейчас для меня его будет слишком много. Что я задохнусь от потока его энергии и его силы. Испугаюсь его, вот такого, настоящего. Но, одновременно с этим, он понимал, что или так, или - никак. А мне... мне даже этого было мало.