Дрейк не мог жить без тренировок. Благо на Крейсере был небольшой зал с робо-тренажерами, поэтому после завтрака он уходил туда. Что меня удивило, он оказался любителем чтения военных или исторических романов, поэтому часто садился на диванчике и углублялся в новую историю. А еще был в курсе политической ситуации на всех ближайших планетах и каждый день обязательно читал новости.

Рин, как и Дрейк, много времени уделял тренировкам, а еще был заядлым киноманом. Поэтому с его подачи мы все вместе садились вечером и устраивали сеанс просмотра нескольких гало-фильмов. Еще он увлекался оружием и всегда был в курсе новых военных разработок. На эту тему мы с удовольствием беседовали с ним и с Дрейком втроем.

Я же старалась уделять внимание каждому из мужчин. Посидеть рядом, обнять, поговорить. С момента возвращения с термальных источников ни с кем из них близости у меня не было. И, стыдно признаться, я потихоньку начинала сама сходить с ума от желания. Свою жажду контакта я уже утоляла не задумываясь. Подходила, гладила, целовала, когда хотелось. Но вот более смелые интимные эксперименты, тем более, когда мы вот так все вместе вчетвером на ограниченной территории я не решалась. Да и мужчины не напирали.

Перед обедом Рин ушел в тренировочный отсек, а мы с Дрейком и Стефаном валялись на большой кровати и обсуждали планы на первые дни отпуска. Дрейк показывал на браслете проекции озера Лакриш и ближайшие к нему места для посещения: водопады, пещеры, развалины древнего города расы дилов, которая когда-то населяла планету, но погибла по какой-то “катастрофической” причине - взрыва сверхновой или вулканической активности за очень много лет до того, как планету колонизировал Миран.

В общем, мы лениво переговаривались и сидели рядом. Я опиралась спиной на Дрейка, а Стефан лежал на моих коленях. В какой-то момент ситуация поменялась, повисло напряжение, ощутимое кожей, воздух вокруг нас словно стал потрескивать, и что-то невидимое заставило сердце биться быстрее, а мысли - концентрироваться только на близости мужчин и на моем желании еще больше их касаться и целовать.

Я сама наклонилась к губам Стефана и накрыла их своими, впиваясь руками в его кудри. Сама заерзала на Дрейке, выбивая из него стоны и провоцируя на ласки. У меня не было какой-то четкой цели довести все до конца. Но всю мою сущность бесконечно тянуло к мужчинам с такой силой, что остановиться или оторваться от них было просто нереально.

Мне не пришлось ничего объяснять или говорить. Мои эмоции не были для моих мужчин теперь тайной. Они чувствовали, как томительно вспыхивает во мне желание, нужда и голод. И та же волна ощущений транслировалась мне от них в ответ.