А Элиас, прожив много лет в мире, где мужчины и женщины выбирают друг друга сами, основываясь на незамутнённое какими-то фантастическими процессами притяжение, пересмотрел свои приоритеты и роль резонанса, поддавшись привычным нам чувствам. Точнее, у нас, разумных гуманоидного типа, на первый план выступают гормоны: дофамин, окситоцин, серотонин и эндорфин. Именно они, согласно современным ученым, которые за много столетий так и не опровергли результаты исследований наших предков, ответственны за то, что мы тоже иногда любим и доверяем “не тем” и можем быть отвергнутыми. Те же не контролируемые нами и нашим разумом нейрофизиологические процессы в выборе партнера.

Безусловно, это не сравнимо с резонансом, который происходит с аль-турами и эйнарцами, но, думаю, и у них огонь и сила как-то связаны с гормонами в том числе. Как медик я также склонна рассматривать "влюбленность" и "влечение" в том числе как ряд физиологических и биохимических механизмов. В этом, наверное, можно провести некие параллели "человеческой" влюбленности и привязанности и резонанса. Только резонанс более глобален, сложен, глубок и...фатален.

В любом случае, Элиас выбрал меня сам. А я выбрала его. По воле ли физиологии с ее гормонами или психологии, трактующей влюбленность, как зависимость от объекта своего желания, умение принимать партнера любым и глубокую эмоциональную привязанность или все же по воле высших сил с Провидением, родством душ и кармой, не суть важно.

С Советником все было просто и прозрачно. Просто мужчина и женщина, которые нашли друг друга и сблизились по человеческой модели. Пусть к сближению и такому скоропалительному браку нас и подтолкнули в том числе внешние обстоятельства.

- Куда дальше? - спросила я, облизывая маленькую ложку, которой ела воздушный десерт из аль-турских фруктов и крема.

Поняла уже, что Элиас каким-то неведомым образом продумал этот вечер заранее. Возможно, он рассчитывал просто сводить меня на свидание после выхода из медцентра и не думал, что это свидание будет “брачным”, увенчивающим, так сказать, заключение нами настоящего, а не фиктивного официального союза.

Советник ответил не сразу. Он смотрел на мои губы, его зрачки-ромбы пульсировали, расширяясь и сужаясь, а цвет глаз в приглушенном свете ресторана-сферы приобрел опалово-зеленый оттенок.

Жар прильнул к щекам, а дыхание ускорилось. Казалось, время замерло, а между нами сквозит какая-то особая, едва ощутимая интимность.

- Если ты не против, мы останемся здесь. В этом здании находятся апартаменты - эйнарец сжал мою ладонь, погладив пальцы, и заглянул в глаза - там несколько спален и...