— Ладно, попробуем к ней подобраться. Интересно, она будет руководить нами с Треокса или Райны? И как ей это удастся?

— Не станем мешать и посмотрим, на сколько ее хватит. Судя по удивленному выражению, она и сама не ожидала подобного заявления от Кастора.

Ларс выглянул наружу, как вдруг столкнулся с Марригом, который явно пошел за ними, чтобы подслушать разговор. 

— Как удивительно! Недавно вы оба крутили роман с какой-то землянкой, а сегодня уже решили охмурить дочь Кастора Далингера. Уверены, что после того, как вы подставили целую корпорацию отношениями со своим экспедитором, Кастор позволит вам приблизиться к его дочери?

Зеленые глаза Алландэра потемнели от злости. Они с Марригом, также приглашенным на прием, столкнулись сегодня впервые. И тут Ларс не выдержал.

Щелчок — и все когти выпущены, блеснув в голубоватом свете лампы серебром. Как же давно хотелось вцепиться ими в рожу Маррига, еще с момента провального совещания.

Нервы сдали окончательно. И обычно сдержанный Ларс уже не понимал, что творит. Он бросился на райнарца резко, раздирая в клочья его одежду.

Марриг, хоть и не являлся молодым и горячим, все еще оставался сильным мужчиной. Он отвечал на выпады Алландэра, пытался достать до него в ответ своими когтями.

Удар… еще один. 

Райнарцы запрыгнули на стол, заставленный бокалами с дорогими напитками, которые посыпались в разные стороны с оглушающим звоном. 

Осколки разлетелись по всему полу, вино и шипучие аперитивы попадали на платья приглашенных дам и дорогие костюмы альтерран. Гости шарахались в стороны, чтобы не попасть под горячую руку райнарцев.

Ярость придавала Ларсу силы, заглушала здравый смысл. Он месил лицо Маррига с непередаваемым удовольствием, а потом схватил его руками за плечи и с силой бросил в другой стол, заставленный блюдами. Раздался треск от проломленного пластика. А потом и женские крики.

— Я тебе покажу землянку! Хотел подсунуть мне своих девиц и этим шантажировал? А потом просто продал то, во что мы вкладывали жизни? — громко прорычал Ларс.

— Ларс! Нет! Остановись! — раздался звонкий голосок Тины. — Я не позволю тебе никого убивать на празднике отца! — Она прикрыла рот ладонью, а глаза округлились.

Ее слова остановили Ларса, мгновенно отрезвили. Он поднял наполненный кровавым туманом взгляд на девушку, ради которой был готов свернуть горы. Разжал когти — и Марриг свалился на пол, держась за окровавленное горло.

— Я люблю тебя, Тина! И готов убить за тебя любого.

Она открыла рот от удивления, глядя то на него, то на Ульфина, который сдерживал охрану, не позволяя мешать другу сводить с Марригом счеты.