Теперь уже не важно.

И от этого как-то легче становится. Уже не важно. Все.

Если бы он увидел, как она выходит замуж снова, то как бы жил с этим? А так — не увидит. Пусть только она будет счастлива. Пусть ей встретиться хороший человек, который сможет любить и беречь. Тодд искренне этого счастья Кейлен желал.

Только от этих мыслей хотелось выть и биться о стену. Невыносимо.

Но выть он не будет, конечно. Полежит тихо, подождет. Потом за ним придут… и будет уже не важно.

«Возвращайся». Ее тонкие руки обнимают так крепко, она всхлипывает, уткнувшись ему в плечо. Возвращайся. Ее волосы пахнул травами и молоком.

Ничего, это все успокоится и пройдет. Ничего ведь не было. Он так ни разу не решился толком обнять ее в ответ. И это хорошо. Чем меньше было, тем легче забыть.

И все равно думает о ней. Мысли возвращаются снова. Не выходит не думать.

Лучше о ней, чем о себе.

* * *

— Сюда. Господин ждет тебя.

Тодда привели в огромную, освещенную голубоватым светом пещеру. Провели сквозь скалу, просто приложив ладонь и открыв путь. Не парадный зал, не стены, как в той комнате, где его держали, а дикий камень. Ручеек бежит…

Огромный тролль сидит спиной к нему, глядя на воду, думая о чем-то своем.

Тролль повернулся, когда Тодда подвели ближе. Окинул взглядом с ног до головы.

Нечеловек. Чистокровный. Точно не человек, не спутать. И даже не из-за роста, а во всем облике его было что-то звериное, дикое. Пугающее. И в то же время величественное. Словно вся сила гор собралась в нем.

Господин.

— Ты знаешь, кто я? — спросил он Тодда. Голос глубокий, рокочущий, но говорил не на тролльем, а как человек.

— Нет, господин, — Тодд склонил голову.

Тролль криво ухмыльнулся, обнажая острые клыки. Впрочем, без злобы, скорее с интересом рассматривая.

— Я Айтахай дин Марун, глава Красного дома Фирзы. Старший брат Гудайрид, твоей бабки… — и чуть помедлил, давая Тодду оценить. — Король Троллхеймена.