– Табби, зачем ты тратишь время на этого сухаря? – серые глаза ожгли собеседницу таким огнём страсти, что та заинтересовалась. Её глубинная природа не смогла устоять перед таким искушением.

Выпустив все свои врождённые чары на волю, принцесса сама принялась медленно расстёгивать пуговицы и застёжки, не давая прикасаться к своему полупрозрачному платью.

– Не гони лошадей, котик! Если не хочешь вкусить моего гнева вместо любви! – Табалла запоздало подумала, что, не смотря на то, что лорд в опале, он может быть ей полезен. – Если сможешь порадовать меня больше, чем все твои предшественники, пожалуй, будем время от времени видеться в моей спальне и дальше. Только учти, пупсик, что я очень искушена в таких играх. Скорее всего, ты потерпишь поражение.

Швырнула на пушистый чёрный ковёр мешавшую ей сейчас одежду и по-хозяйски распластала незваного гостя на собственной постели. Все попытки Кинара вести себя, как он привык, были жестоко попраны. Поняв, что тёмный лорд не желает исполнять малейшую её прихоть, демонесса задействовала чары обольщения и полного подчинения на полную катушку.

Опальный Ре`Мранн перестал сопротивляться, полностью доверившись губам и коготкам знойной брюнетки. Только мало кто знал, что постоянно быть рядом с женщиной этой расы может далеко не каждый мужчина. Даже тёмному лорду и ледяному мархарру мало не покажется, когда придётся платить по счетам за полученное удовольствие. Табалла облизнула пухлые губки, решив, что, в любом случае, сильно никто не расстроится и в том случае, если она замучает новоиспечённого любовника до смерти.

Мало кто задумывался, почему в Ханнориане представители её расы не создают семей даже с демонами других рас. По той же причине, принцесса не встречалась ни с кем больше двух недель. При каждом тет-а-тете представители её народа крали у своих возлюбленных солидный запас жизненной энергии. Расплатой при слишком частых свиданиях могла быть не только страшная болезнь, но даже смерть.

Что-то щёлкнуло в хорошенькой головке адептки лер Весс, и она увидела возможность утереть нос всем своим злопыхателям. Отвесила себе мысленный подзатыльник и грозно велела не увлекаться планированием.

Жадные губы терзали покрытую мурашками возбуждения кожу на теле Кинара. Бедняга уже не мог сдерживаться, а только глухо стонал под умелыми пальчиками ушлой студентки. Табалла призывно улыбнулась и без стеснения избавилась от скаредной одежды. Потом сама опустилась на бедра мужчины. Темп, который она задала, не дал Кинару и тени шанса на то, чтобы взять реванш. Когда она тоже получит заслуженное удовольствие, сил на сладкую месть у любовника уже не останется.