На то чтобы запереть ледяной лаз у магистра Трейна ушла пара часов кропотливой работы. Выглядел он после всех проведённых ритуалов так, словно его впрягли в плуг вместо лошади и заставили пахать без перерыва на сон, еду и отдых все лето. Дело оставалось за малым. Надо было обезвредить правую руку принцессы лер Весс. Уже потом ловко вырвать ядовитые клыки и самой адептке Табалле. Навсегда лишить её возможности когда-либо попробовать свои силы на их бедных шкурах вновь. К тому же император лично предложил, как без осложнений избавиться и от моего «обожаемого» дядюшки Кинара.
– Эх, правду говорят, что демоны из окрестностей Троп Ледяных Зеркал тупее, чем самый недалёкий и глупый орк после особо сильного удара палицей соплеменника прямо по голове, – Кирин прижал меня спиной к своей груди и зарылся носом в жёсткие волосы на затылке.
Тёплое дыхание всегда вызывало приятную дрожь во всем теле. Оно почти мгновенно помогало успокоиться и собрать остатки сил и воли в кулак.
– Адепт лер Вларр, – лениво проронил дровский некромант, потягиваясь до хруста в суставах, чтобы размять слегка онемевшие конечности и начинающую ныть спину. – Было бы куда хуже, если бы эти беспардонные твари были умны и коварны. Тогда, боюсь, даже Солейра и Времень могли бы пасть жертвами их подлых интриг и непомерных амбиций.
– Вы правы, магистр Грей, – я сладко улыбнулась супругу, Кирина, видимо, вновь взял в оборот его личный бес противоречия. – Кир, котик, а вот что нам делать с Лалеттой? Нельзя оставить всё, как есть. Слишком уж неприятных покойников она поднимает и отправляет убивать на улицы Алинтары.
Ответил мне дровский маг:
– Будет лучше, если мы не станем совсем ничего предпринимать в её отношении. Тогда откат от изгнания из нашего мира не в меру прыткой нечисти накроет эту рыжую предательницу, от неё не останется даже пепла. Душа так и не ставшей женой Аниара Трейна некромантки станет ещё одной тенью в Мороках. Их создают подданные снежной демонессы, которая доставила всем нам столько проблем.
Я мысленно содрогнулась. Такой участи удостаивались только те, чьи проступки были так велики, что не могли быть прощены без должного воздаяния. Впрочем, все действо мы видели через то самое несчастное зеркало в кабинете ректора, что происходило в древнем захоронении.
Лалетта, пыхтя и отдуваясь, с трудом сдвинула тяжёлую крышку саркофага, богато изукрашенную золотым орнаментом и драгоценными камнями. Магистр Грей, бледный даже чуть посеревший от усталости после битвы со снежной демонессой, наотрез отказался от того, чтобы отправиться отдыхать.