— Да, госпожа.

Пока шло восстановление пострадавших от рук проклятого, пытались исследовать его. Но это было очень опасно, и некоторым это чуть не стоило жизни. Магию рядом с ним применять нельзя, он пытается ее впитывать даже находясь в кандалах и в изолированной магической комнате. И он все время молчит. От человека в нем мало, глаза полностью залиты чернотой, вены на лице стали темными.

— Он скоро отбросит это тело, – сообщил Тайрон, выходя из темницы. – Нужно, пока он тут, достать кости. Вот только добровольцев у меня нет.

— В ближайшее время, возможно, появятся, – сказала хмуро, – мне троих солдат допросить нужно.

Я нашла их возле конюшни. Все трое были уже спокойными и при взгляде на меня не выражали беспокойства.

— Снимите амулеты, – попросила я. – Если вы не виноваты и мне просто показалось, это будет хорошо, значит у меня просто паранойя.

Спорить со мной не стали и задавать лишних вопросов тоже, но даже не шелохнулись. Рядом собрались другие солдаты.

— Снимите все амулеты от ментального воздействия, – настойчиво повторила я, глядя на парней, – иначе я их сожгу и вам будет больно. Для меня они не преграда, а вам могут навредить.

Вот теперь я ощутила, что парни занервничали. И это ощутили их сослуживцы. “Друзья” сняли последние амулеты, и я положила пальцы на лоб парню, которого спасли от проклятого. Я не знала, что я ищу, и была не готова к тому, что увидела. Отшатнулась и с силой сжала кулаки, ногтями впиваясь в ладони. Закрыла глаза и постаралась успокоиться. Открыла глаза и посмотрела на мужчину перед собой – в нем ни капли раскаяния о содеянном. Я подошла к одному из его друзей и быстро посмотрела его воспоминания. Меня резко затошнило, отошла от него. У него был страх, но ни капли сожаления. Подошла посмотрела третьего – аналогично.

— Пятьдесят ударов плетью каждому, – приказала холодно.

— Госпожа, позвольте узнать обвинения, – с уважением спросил Арен, он видел мою тихую ярость.

— Я не могу произнести это вслух, но могу показать то, что они трое сотворили. А ты уже расскажешь парням. Не убейте только их, они еще послужат для дела. Тайрон, – позвала начальника тайной полиции, − это будут твои добровольцы.

— Скорей смертники, поле может их убить.

— Будет не жалко, – кинула резко.

Сжала пальцы начальника охраны и показала увиденное в воспоминаниях этой троицы. Открыв глаза, увидела, что мужчина частично трансформировался.

— Госпожа, вам лучше уйти, не для нежных женских ушей слушать, что мужики будут говорить.

— Тайрону они нужны живые и работоспособные, пока проклятый ноги в темнице не откинул.