Порадовалась – хоть тут узнали.

— А зачем вы так много готовите? У нас какой-то праздник?

Она смутилась и сказала:

— Так господа любят хорошо покушать.

— Ясно. Значит так, мои хорошие. Последний раз вы так раскорячиваетесь в обычный не праздничный день. Помнится всегда, когда я приезжала, были весьма скромные приемы пищи. Правильно?

— Да, Ваше Величество.

— Так вот, это вы на весь день готовите?

— Только на завтрак.

— Слушайте сюда. Чтобы ваша работа не пропадала зря, все, что сегодня готовите на завтрак, распределяйте на весь этот день. И часть завтра. И делайте завтрак максимально простым, а ужин легким. Буду лечить зажравшихся господ.

— Так вы насовсем вернулись? – то ли с надеждой, то ли со скепсисом прозвучал вопрос.

— Насовсем. И если какая-то падла, в смысле чиновник, прибежит права качать и кричать, мол плохо и скудно кормите, все стрелки переводите на меня. Я отыграюсь на них за все, что они тут устроили. И еще, дамы, предупреждаю один раз: узнаю, что кто-то причастен к отравлению моих внуков, удавлю голыми руками. Лекарь уже в тюрьме, я предупредила. Все все поняли?

— Да, госпожа! – был дружный мне ответ.

— Если есть вопросы, обращайтесь и задавайте сразу, потому что потом в замке будет полный кавардак.

— Вы бы могли примерное меню или хотя бы пожелания написать нам?

— Да, давайте лист, сейчас все запишем. И даже примерное меню на неделю.

Пока мне несли лист бумаги и ручку, я связалась с дочкой.

— Мама, да ты издеваешься?

— Немного. Прости, родная. Очень нужна твоя помощь.

— В чем? – сразу посерьезнела дочь. – Опять Амир приставал?

— То отдельный разговор. Я вернулась в Рунит. Насовсем. И ты мне нужна в качестве секретаря, сегодня. И на ближайшие несколько лет или даже десятков лет. Детей можешь брать с собой.