В детстве мой мир был наполнен сказками и легендами. Бабушка каждый вечер укладывала меня на мягкую перину, набитую гусиным пухом, подправляла теплое ватное одеяло и начинала свой рассказ. Каждый раз новый! Это были волшебные истории о красивых девах и таинственных демонах, о лютых оборотнях и непобедимых берсерках.
О сатирах и феях. О ведьмах. Об упырях. О леших...
И все они дружно жили в скрытых городах и селеньях. Рядом с обычными людьми, не раскрывая себя.
Они любили, страдали, плакали и смеялись.
Было в их жизни и горе, и радости, и трудности.
В общем, все, как и у всех.
Но, несмотря на все перипетии сюжета, всегда конец этих историй был трогательный и счастливый. В героях я порой угадывала соседей или знакомых, но стоило мне начать расспрос, как бабушка заливалась звонким смехом. Но все равно мне казалось, что это не вымысел, а самая что ни на есть правда.
И я искренне верила, что эти поселения где-то рядом. Стоит только поискать и тебе откроются их секреты. Маленькие города ютятся в тени стен высоток мегаполисов. За шлагбаумами и заборами закрытых коттеджных поселков. Где-то на обочинах трасс, маскируясь под обычные деревеньки. Но они непременно существуют эти самые таинственные города сказочных существ.
И только в школе я поняла, что окружают меня простые люди, которым до мистических героев, ой, как далеко.
И хоть это и было горьким разочарованием, но, повзрослев, я продолжала любить сказки. Потому как в них могла почувствовать себя прекрасной принцессой и совсем позабыть, что в реальной жизни я «сирота» при живых родителях, у которой есть только любимая бабушка с извечным пучком седых волос на макушке и старый местами седой черный кот.
Именно он сейчас сердито взирал на меня со своего любимого подоконника. Его длинные усы поддергивались, а в зеленых глазах застыла вселенская печаль.
Кузя явно не желал покидать родной дом.
Он здесь родился, вырос и, похоже, помирать собрался. Вот только планы его я была намеренна нарушить. Поставив посреди уже пустой комнаты сумку-переноску, с немым укором выдохнула и кивком предложила забраться в нее добровольно.
Кузя сделал вид, что ничего не понимает, и отвернулся. Только нервно дергающийся кончик хвоста сдавал этого пушистого упрямца с головой.
— Кузя, я и сама люблю эти стены, поверь, но больше мы не можем здесь жить, — мой голос эхом разносился по пустым комнатам. — Тебе понравится в городе. Вот увидишь! Там за окном куда больше жизни. Голуби. Воробьи. Я куплю тебе самую мягкую подушечку на подоконник.