- Чего так волнуешься? Я принц Тьмы, не следует забывать об этом ведьмуля. Я не погибну бесславно, распластавшись на сыром полу в подвале твоей бабули. Хорошая была ведьма, жаль, что не ту сторону выбрала.

Вздрагиваю, а Джеймс сжимает пальцами мои плечи и чуть отодвигает меня в сторону, выходя из коридора. Он ставит банку с помутневшими соленьями обратно, стеллаж закрывает тайный проход, а принц Тьмы улыбается мне.

- Иногда мои движения получаются до ужаса неуклюжими, поэтому заранее прошу прощения, если вдруг собью тебя с ног или что-то вроде того.

- Не нужно сбивать меня с ног, - пытаюсь выдавить улыбку я, да не получается.

Я привыкла общаться с принцем Тьмы в теле Марки. Пусть на балу я встретилась с его истинным обликом, хоть большая часть лица и была сокрыта маской, а всё равно мне неловко, и я не знаю, какого шага ждать от него следующим, потому что нужды во мне у Джеймса больше нет.

Джеймс поднимается из подвала первым, а я медленно двигаюсь за ним. Почему бабушка так настойчиво желала уничтожить принца Тьмы и дар, который передалась мне? За что она люто ненавидела Джеймса? Бабушка заключила какую-то сделку с Люциторумом. Он требовал смерти принца Тьмы? Люциторум - истинное зло. Неужели он рассчитывал, что кто-то избавится от Джеймса? Единственного, кто способен оказать ему сопротивление? От моих рук он точно не погибнет, если только не убедит меня, что мы враги. И даже в этом случае я не уверена, что смогу убить его. Джеймс многому научил меня, и вроде бы вёл себя искренно.

Парень протягивает руку, помогая мне выбраться из подвала, и вот мы в доме. Слишком яркий свет режет по глазам, и я жмурюсь. Шиплю под нос, так как хватка у Джеймса теперь уже совсем неслабая, и он больно сжимает моё запястье.

- Прости, ведьмуля. Мне пока сложно рассчитывать силы, которые прикладываю для того или иного действия. Я сделал тебе больно?

Джеймс взволнован, и я тоже. Сердце бешено колотится в груди. Мы с принцем Тьмы переглядываемся, и он улыбается мне.

- Всё хорошо?

- Да, нормально, - киваю я.

- И всё-таки мне ужасно стыдно. Я не хотел сделать тебе больно.

- Не извиняйся, всё в порядке.

Джеймс кивает, а я понимаю, что мама не подаёт ни звука. Боль снова пронзает меня, стоит только вспомнить, как мама поджала губы, но мгновенно расслабилась и окинула меня опустошённым взглядом, уходя из подвала.

- Мне нужно поговорить с ней. Объясниться, - киваю я в сторону комнаты, где включён свет. – Лучше будет, если мы сделаем это наедине.

- Понимаю твоё желание, но перед этим я должен кое-что сказать тебе, ведьмуля…