Дэгс ожесточённо дёрнулся.

Он вообще не осознавал, что они с Феникс не одни.

Резко повернувшись на низкий голос, доносившийся с той же стороны комнаты, что и выходящее наружу занавешенное окно, Дэгс уставился на сидящего там мужчину.

Мужчина спокойно смотрел на Дэгса, его длинное тело растянулось на матерчатом больничном кресле. Это кресло стояло у стены, прямо напротив двери в коридор. Глаза Дэгса изучали лицо, которое было почти знакомым, но в то же время не совсем.

Однако через несколько секунд у него в голове всплыло имя.

— Тай, — выдавил он.

Его голос прозвучал грубо, почти хрипло. Он прочистил горло.

— Ты — Тай. Верно? Друг Феникс.

Потрясающе красивый чернокожий мужчина смущённо улыбнулся.

Он поудобнее устроил своё огромное тело на видавшем виды деревянном кресле, обитом потёртыми тёмно-синими подушками и подлокотниками. Его длинные ноги были вытянуты перед ним, скрещены в лодыжках. Его затылок прислонялся к стене позади него.

Он не потрудился поднять свою бритую налысо голову, когда кивнул.

— Я Тай, — подтвердил он.

Улыбка мужчины стала шире, и Дэгс снова был ошеломлён тем, насколько хорош собой этот мужчина. Он прожил всю свою жизнь в Лос-Анджелесе, но никогда особо не общался с голливудской братией, пока не встретил Феникс. Даже если не считать лица Тая, на актёре нигде не было ни грамма лишнего веса.

Он состоял сплошь из крепких, мощных мышц.

— …Никс сказала, я не должен ожидать, что ты узнаешь меня, — криво добавил Тай. — Она утверждает, что ты немного голливудский идиот. Без обид.

Дэгс хмыкнул.

Он не обиделся. Феникс была права.

Он практически сказал ей то же самое.

При этой мысли глаза Дэгса опустились, сосредоточившись на голове, прижатой к его боку. Она почти не пошевелилась, несмотря на то, что он дважды вздрогнул. Он поймал себя на том, что смотрит на её маленькую ручку, которая сжала в кулак надетую на нём больничную сорочку, прямо на животе.

— Тебе, наверное, следует дать ей поспать, — посоветовал Тай, заставляя Дэгса вернуть взгляд к лицу актёра. — Она не спала всё это время. И до ужаса боялась… хотя, наверное, мне не стоит тебе этого говорить.