— Машка, успокой баб, — рыкнула она. — Девочку мне до истерики довели своими вопросами! Что, в первый раз что ли стычка с чёрными происходит, что вы так загомонили?

— Так из-за человечки же, — подала голос одна из молоденьких оборотниц.

— Женя — наша. Пусть не по крови, но по духу. Или ты будешь оспаривать решение своего будущего вожака? — зашипела Мария.

— Когда твою сестру отбивали у чёрных, что-то никто не возникал, — подхватила Ксения. 

И всё-таки увела меня к себе домой.

— Бедный ребёнок... Пойдём, чайку организуем, — она провела меня на кухню.

Которая была в точности такой же, как в их доме в Среднем. 

— Это же...

— Та же самая кухня. Тот же самый дом, — улыбнулась оборотница. — Некоторые дома зачарованы на два мира. Наш — один из этих немногих. 

Передо мной оказалась тарелка со сладкими пирожками, а чуть позже — ещё и большая кружка с чаем с мятой.

— Успокаивайся давай, — Ксеня погладила меня по голове. — Нечего нервы себе трепать. Наши все не первый раз в подобном участвуют, а демон твой вообще боевой маг, наверняка без единой царапинки вернётся.

— Он пока ещё не мой, — буркнула я, отхлебнув из кружки.

— Глупостей не говори! Вы — истинные, самой судьбой друг другу предназначенные, конечно он твой. Впрочем, как и ты — его. Все эти бумажки ничего не значат. Особенно, если это бумажки из каких-нибудь ЗАГСов. Будете вы жить долго и счастливо, не сомневайся даже.

— Угу. Сначала проклятия с меня снимем, потом решим как-нибудь вопрос с родственниками, а потом да, обязательно, счастливо, — проворчала я. — Они точно все оттуда вернутся?

Ксеня вздохнула и отвела глаза.

— Я надеюсь, — выдавила она. — Верхушка стаи скорее всего вернётся полным составом, они у нас самые сильные. А вот рядовые...

— Много погибнет? Ну, раз такое не впервой, значит, должна быть какая-то статистика, — я нервно забарабанила пальцами по столу.

И всё это из-за меня...

— Сегодня — вряд ли. Всё-таки там мощная поддержка в лице двух боевых магов и сильного лекаря высокого уровня. Думаю, процентов девяносто вернётся домой. Скорее всего — не совсем целые, но живые... Эй, не смей себя корить! Ты не виновата в том, что на тебя свалилось это проклятие! 

— Я это понимаю, но поделать с собой ничего не могу. Чувствую себя виноватой в произошедшем.