— Посмотрим, — самодовольно ответила я, затем указала на заднюю дверь, ведущую в дом. — Пойдём.

Он приложил палец к губам, без надобности показывая, что нужно хранить молчание. Медленными, осторожными движениями он повернул дверную ручку. Когда она открылась, раздался тихий скрип. Я задержала дыхание. Когда не последовало ничего, кроме продолжающегося пронзительного смеха, я с облегчением выдохнула.

Винтер проскользнул на кухню Ребекки. Там никого не было, но на столе стояло несколько открытых бутылок вина. Я осмотрелась. Из комнаты впереди, что я приняла за гостиную, виднелся отблеск света.

— Я бы что угодно отдал, лишь бы видеть выражение лица Прайса, — послышался знакомый голос Уэзерса, и каждое его слово было окрашено радостным гоготом.

— Он получил по заслугам, — это была Ребекка.

Я перевела взгляд на Винтера, но он нахмурился и покачал головой. Он хотел большего. Я недовольно помрачнела. Они поздравляли друг друга. Очевидно же, что мы нашли то, что искали.

— Завтра, — пробормотал Уэзерс, — я собираюсь подать заявление в Тайный отдел.

— Ты не попадёшь туда.

— Ты этого не знаешь.

— Ой, да перестань, — сказала Бетани. — Никто не знает, чего мы добились. Ты всё ещё ведьма Первого Уровня.

— У меня есть навыки, — в его голосе прозвучала обида.

— Я знаю, но больше никто не знает. И пока всё не уляжется, ты будешь держать эти навыки при себе. Нам нужно залечь на дно, пока мы не убедимся, что это сработало.

Я с триумфом пихнула Винтера в плечо. Он свирепо на меня посмотрел и снова покачал головой. Боже мой, сколько же доказательств нужно этому парню? Он сказал мне не предпринимать ничего, пока он сам этого не сделает, но в таком случае мы проторчим здесь всю ночь. И снова мне пришлось форсировать события.

Я мягко оттолкнула его с дороги. Винтер потянулся схватить меня за руку, но в кои-то веки я предугадала его движение и осталась свободной. Прежде чем он смог что-то сделать, я открыла дверь и ухмыльнулась трём незадачливым ведьмам.

— Привет!

Последовал почти комичный момент, когда они уставились на меня, не шевелясь, а на их лицах застыл ужас. Затем Ребекка нарушила внезапное молчание и вскочила на ноги, потянувшись к горстке заранее смешанных трав на журнальном столике.

— Не надо! — сказала я, стараясь не допустить, чтобы Винтер ко мне присоединился, и заодно пытаясь остановить атаку Ребекки. — Я одна, и я здесь не для того чтобы создавать проблемы, — я сосредоточила внимание на Уэзерсе; он казался тем, кто первый смягчится. — Я на вашей стороне, — я подняла руки, показывая, что пришла с миром. — Я не собиралась встречаться со всеми вами, но, когда увидела свет, поняла, что должна действовать. Я должна была поговорить с вами о том, что вы сделали.