- Дьявол, Лия. - Ругнулся Ален.
- О, нет, нет,- Мариан встал между ними и, смотря на Лию, прошептал,- ты в своем уме? На что ты толкаешь его?
Ален подошел к ней вплотную, минуя Мариана:
- Ты права. Я не уйду с поля боя, оставив своих людей умирать. Но убить Вольфа я тоже не могу. Мы завтра придем туда, отсидим службу Германа, и я отпущу всех сотрудников в отпуск. Или уволю. Закрою больницу, и мы уедем. После этого ты уедешь со мной?
Она кивнула, гордо смотря на него:
- Я уеду с тобой, но как только пойму, что людям ничего не угрожает.
Мариан уже схватился за голову. Как она могла быть такой гуманной, доброй и милосердной? Она - вампир. Она дочь Влада Цепеша, самого жестокого вампира на планете. Она должна быть хладнокровной, расчетливой и бессердечной. Видимо годы, проведенные с людьми, наложили свой отпечаток. А он, Ален, всю жизнь то и делал, что брал на себя ответственность за жизни чужих людей, он убивал врага, но спасал свой народ. Они стоят друг друга.
- Хорошо, я согласен с тобой.- Ответил Ален,- мой долг был там. Но еще мой долг быть с тобой.
Он обнял ее, и Лия сильнее прижалась к нему:
- Я знаю. Но ты себе не простишь, если Марк всех убьет. А я не прощу себя за то, что ты оставил их ради меня.
Мариан вздохнул, лезть со своими опасениями ему уже не хотелось. У Алена не было страха смерти, он не боялся умереть, но он боялся потерять Лию. А что мог сделать он, Мариан Визард, обычный человек против двух вампиров и одного вамвольфа? Молиться Богу? Или поклониться Дьяволу?
Он открыл книгу на последних страницах, где были написаны слова Бенедекта на угорском языке: «В тот страшный момент для них, когда Бог будет рядом к ним, проникая в их бессмертные тела, вытягивая из них силу, читай без перевода слова. Ты, Мариан Визард, теперь ни с Богом, ни с Дьяволом. Теперь ты между ними. Именно ты должен будешь помочь двум бессмертным сделать то, что уничтожит зло, крадущееся, как зеленая чума к людям, исполнив ритуал Диаблери. Оно защитит их, а ты подстрахуешь, читая следующие заклинания». Далее Мариан увидел текст заклинания. Теперь он не чувствовал себя монахом. Он чувствовал себя колдуном.
- Я сделаю все возможное, чтобы вам помочь,- прошептал Мариан,- теперь слушайте меня. После того как я проведу обряд Диаблери, вы будете чувствовать друг друга на расстоянии. Всю боль, всю радость, все тревоги, все что переживает один, будет переживать другой. Завтра в момент, когда Герман начнет свой ритуал, вы должны думать о любви друг к другу — именно так Диаблери поможет вам. Особенно в тот момент, когда надо будет креститься перед иконой. Один крестится, другой о нем думает. И вам ничего не будет страшно. Вы сможете сделать это. А я в тот момент буду читать заклинание. Нас трое! В чаше, из которой вы сегодня выпьете кровь, будет и моя. Поэтому, втроем мы преодолеем все трудности. Мы справимся. Я уверен.