«Вот сейчас Роальд убьет братьев, и тогда я убью его» - подумалось мне. Но… помешали. Каким-то образом о нападении узнал Совет потомков Фаэтона. Как им это удалось, я без понятия. Но, видимо, на то он и Совет, чтобы все знать о деяниях своих подопечных. Мы же с братом тогда вообще не знали о его существовании. Эдван убил своего создателя в первые же дни, посчитав, что это сделает его более сильным вампиром, и тот видимо не успел нам ничего сказать. А может, и не посчитал нужным, кто теперь знает. Узнав о нападении группы вампиров, Совет прислал за нами карательный отряд. Поняв, что наш план захвата потерпел крах, я ударилась в бега. Роальда схватили и предали казни. Что там происходило дальше в имении, я не рискнула наблюдать, поскольку там еще несколько дней отирались советники. Пришлось удариться в бега и залечь на дно. Я боялась, что меня найдут несмотря на то, что меня никто из наших подельников не запомнил, благодаря уникальному артефакту химер, который просто-напросто стирал все воспоминания обо мне у тех, кто видел меня впервые. Но мне повезло. И следы моей магии остались не обнаруженными. Моя магия меня спасла. Она была чужда этому миру, и ее оказалось невозможным для здешних магов увидеть. Так мне удалось избежать наказания. Но все равно я очень боялась быть обнаруженной Советом потомков Фаэтона, и многие столетия вела тихий образ жизни, стараясь нигде не светиться.

Наблюдая за жителями Земли и их историей, я поняла любопытную вещь – во время вооруженных столкновений и войн в метафизическом пространстве этой планеты становилось невероятно много энергетики ненависти. Той самой, что питала мою магию. И я уже не ощущала себя обессиленной, связанной по рукам, вынужденной пришелицей с погибшей планеты. В конце концов, если очень сильно захотеть, то можно целый мир под себя изменить. Почему бы не сделать Землю подобной Химериуму? И к этому я была готова, даже если придется положить штабелями жизни миллионов. Были у меня разные мысли, идеи… Но они опять-таки упирались в необходимость поддержки. Мне нужны были жители Земли. Много жителей. И для всех была своя роль.

Возможность осуществить свои планы представилась мне в сороковые годы двадцатого века. О, это было время великих надежд! Тогда я жила в Германии. Политические и идеологические процессы, происходившие тогда в той стране, вдохновляли меня и находили во мне отклик. И были крайне полезны для моих целей.

- Тьфу ты, еще одна почитательница фюрера нарисовалась, - прошептала Эмилия, возведя глаза к потолку.