— Проклятое отродье, обреченное нести лишь гибель!

Принц остановился и оглянулся по сторонам в поисках чужака, посмевшего произнести такое.

— Зак, ты это слышал?

Однако Зака рядом уже не было. Эдвард стоял совершенно один посреди темного коридора и, казалось, сами стены провозглашали:

— Ты погубишь каждого, кто осмелится идти за тобой. Монстр! Монстр! Монстр!

— Монстр! — вторило эхо сотней голосов, которые становились все громче и громче.

Монстр! Монстр! Монстр!

— Я не монстр! — закричал Эдвард, приложив ладони к ушам, чтобы не слышать несправедливых обвинений.

— Монстр! — перед принцем снова возник Зак. — Из-за тебя погибли мои мама и папа!

— Нет, Зак, я не хотел…

Мальчик попытался протянуть к другу руку, но тот, отступив на шаг, вновь произнес:

— Чудовище, ты погубишь Королевство!

— Нет… Я не чудовище! Я… я — человек! Человек!

Зажмурившись, Эдвард тряс головой, отгоняя от себя морок. Он — человек и никогда не допустит, чтобы монстр, которым его обрекли стать, вырвался наружу и причинил кому-то вред. Достаточно было смертей и разрушений! Он вернет в Королевство мир и покой, а после, если Проклятие сбудется, сам, добровольно, лишит себя жизни. Он не позволит пострадать кому-то еще.

— Я — человек, — снова произнес Эдвард. От криков в горле пересохло и безумно хотелось пить.

— Человек, человек. Только не кричи так, ради всех богов! — ответили ему из темноты. — Весь дворец всполошишь!

Словно по щелчку пальцев вспыхнул осветительный шар. Коридор исчез, сквозь раздернутый полог кровати стали проглядываться очертания спальни: резной письменный стол, украшенный позолотой, обитое бордовым бархатом кресло с высокой спинкой и мягкими подлокотниками, камин с тлеющими в нем угольками. Эдвард бросил ошалелый взгляд на свидетеля своей агонии и, узнав в рослом молодом мужчине Зака, облегченно вздохнул. Очередной кошмар, не более. С тех пор как двое мальчишек убегали по потайному ходу от преследователей, прошло больше восемнадцати лет, а события той страшной ночи до сих пор не отпускают, раз за разом всплывая в ужасных снах.

— Какого демона ты врываешься ко мне посреди ночи? — поинтересовался Эдвард, принимая из рук Зака заботливо протянутый стакан воды.

Ворчал он больше для порядка. Зак был единственным, кто мог без оповещения беспокоить наследника Королевства в любое время суток, так как являлся полноправным членом королевской семьи и носил официальный титул младшего принца. Сердобольный король Эрхард усыновил мальчика после гибели родителей.

— Скажи спасибо, что я, а не Кевин, — усмехнулся Зак, беззаботно плюхнувшись на край кровати. — Иначе бы тут уже толпились лекари всех мастей, пичкая тебя успокоительными зельями.