— Почему я его не помню… — без какой-либо интонации пробормотала девушка, закусывая ручку. Нельзя сказать, что её память о прожитых воплощениях была идеальной, но некоторые, особенно последние, она помнила прекрасно, и в них точно не было подобных… ситуаций.
Тогда к чему это? Предупреждение? Загадка? Издевательство капризного мозга?
Что бы это ни было, я устала.
Женя захлопнула тетрадь, выключила лампу и мешком плюхнулась на диван. Тревожные мысли, почуяв удобный момент, вновь зароились в голове. Но усталость, в конце концов, взяла верх, и через несколько минут девушка уже забылась крепким спокойным сном.
* * *
— Так… как ты говоришь? Кошмары?
— Ага.
— И ты думаешь, что это не просто так?
— Ага.
— Попей пустырник. Форте Эвалар. У меня…
— Сеня!
Женя хлопнула себя по лбу и повалилась на раскинутый плед. Три девушки вокруг неё прыснули, сдерживая приступ смеха.
Если бы кто-то взглянул на их компанию со стороны, то вряд ли бы почувствовал что-то странное. В этом парке каждое лето куча людей устраивали импровизированные пикники, и четыре подруги никак не выделялись на фоне остальных отдыхающих, тем более, сидя поодаль в тени высокого раскидистого дуба. Только вот каждая из них несла в своём сердце опыт множества прожитых воплощений — но этого, к сожалению или к счастью, нельзя было увидеть глазами.
В общем-то, все прочие люди тоже, вероятнее всего, жили уже не единожды. Отличие было лишь в том, что они этого не помнили.
— Всё просто — ты устала, — назидательно произнесла пепельноволосая девушка, покрепче закручивая бутылку с минералкой.
— Лишь бы так, Сонь, — пробормотала Женя, щурясь на солнце. — Но пока что это — единственное, от чего я устаю.
— А Лёше ты рассказывала? Ну, хотя бы вкратце, — осторожно осведомилась другая подруга, мягко перебирая волосы Евгении тонкими изящными пальцами. Сеня — по паспорту Лебовская Есения Алексеевна — тут же на неё цыкнула:
— Агата!