– Это копия прощального письма императора, которое разослали во все концы страны, – объявил Родерик, вынув из конверта плотный лист. Опустив взгляд к письму, он начал читать, и все умолкли, не желая пропустить ни слова. – Мои подданные! Наша возлюбленная империя под угрозой, и я, как верный солдат, принял решение. Я отправляюсь к Стене, чтобы стать бок о бок рядом с другими защитниками…

По холлу пронесся такой дружный вздох, что пламя свечей затрепетало, а я пыталась понять, что это значит. Прощальное письмо императора? Отправляюсь к Стене? Я запечатала его и оставила подыхать на ковре в кабинете. Кто написал эти строки? Зачем?

– Это то, что я могу сделать, – продолжил читать Родерик ровным тоном, но его лицо словно окаменело. – Сражаться с хаосом, хранить ваш покой, отдать всего себя на благо империи.

Выходит, советники решили скрыть факт убийства! Эммет сжал мою руку, и облегчение окатило меня теплой волной. Нас не будут искать. Наверное.

– Живите мирно, дети мои, – прочитал Родерик и с некоторым усилием добавил. – Денверон Гуманный.

Холл загудел как улей с пчелами. Теперь все решат, что император стал частью Стены. Не отправился в посмертие анимагов в роскошном саду позади дворца, не стал цепляться корнями за трон…

– Как это трогательно, как великодушно, – всхлипывала девчонка-водница с третьего курса, вытирая мокрые щеки.

– В империи объявлен траур, – сказал Родерик. – Занятия отменяются до следующей недели.

– Мастер Адалхард! – возмутилась Марлиза, взлетев над толпой. – Император пожертвовал собою на благо страны, а вы объявляете пару выходных?

– Мы не можем себе позволить прохлаждаться, госпожа Куфон, – сухо ответил Родерик и добавил с едва заметным сарказмом: – Раз уж верный солдат империи теперь тоже в Стене.

Джаф склонился к Миранде и снова что-то прошептал ей на ухо. Бьюсь об заклад, я знаю его планы на эту неделю, и печалиться по императору он не будет. Родерик убрал письмо назад в конверт, но не спешил уходить, терпеливо дожидаясь тишины. Затем произнес совсем другим тоном:

– С прискорбием сообщаю, что вчера трагически погибла студентка третьего курса Вейра Мактур.

Джаф вздрогнул и побледнел, а мы с Мирандой, переглянувшись, быстро пошли прочь. Нам многое надо было обсудить.

***

– Денверон Гуманный, – с отвращением выплюнул Моррен. – Тот, кто это придумал, – аморальный ублюдок с извращенной иронией.

– Ты, что ли, идейку подкинул? – уточнил Родерик.

Моррен посмотрел на него укоризненно и не стал отвечать. Отпив кофе, прикрыл глаза и с наслаждением вдохнул аромат. Небольшие следы синяков еще остались на переносице и под глазами, но в целом выглядел он хорошо. Особенно для человека, который был на пороге смерти.