– Именно так ты своего Маховецкого и подцепила, да? Мне уже страшно переходить к нему работать. Не уверена, что этот человек адекватен.

– Я все слышу, – смеющийся мужской голос за кадром.

Прикусываю язык и грозно смотрю на подругу. Вот как это понимать? Я думала, мы тут одни, а оказывается – везде шпионы. Никому нельзя верить, Вера. Звучит странно, зато жизненно.

Через секунду носатый мужчина с лучистыми серыми глазами появляется на экране.

– Слушай Иру, отдыхай, и чтобы ко мне на работу с новыми силами. Установка понятна?

– Будет сделано, шеф!

Криво прикладываю ребро ладони к голове и под общий смех захлопываю макбук.

Что ж, Вера, ты можешь продать все что угодно. Сегодня тебе надо продать себя.

В чем-то Ира права, я уже год одинока, а для успешной женщины в полном расцвете сил – это слишком долгий срок.

Пора исправить ситуацию!

Прежде чем выйти, замираю перед зеркалом и картинно поправляю лиф, туго обтягивающий мой аккуратный бюст. Три пуговки спереди сошлись идеально. Поверх струится полупрозрачная светлая ткань с мелкими бабочками. Красиво, но не вяжется с моим хмурым лицом, и я невольно натягиваю на него улыбку. Все ради гармонии.

Так намного лучше.

Легкий курортный роман – вот что нам нужно, малышки. Ничего больше.

Отбрасываю за спину многострадальную серебристую прядку, таких в моих волосах четыре штуки, по две с каждой стороны. Стилист утверждала, что они идеально подходят к образу. Что ж, думаю, она права.

Значит, так, Вера!

Ты – мягкая!

Ты – наивная!

Ты – нежная!

А теперь пошла вперед и зажала в углу самого приличного мужика в этом отеле.

В конце концов, приказы руководства не обсуждаются, а выполняются!