— Хорошо, у детей будет время привыкнуть к мысли о переезде.

— Не думаю. Учебный год начинается стандартно, с сентября, я считаю, надо отправить обоих на Эллану к его началу. В отношении Эдриана это практически приказ императора, с нового учебного года начать обучение в Кадетском Корпусе. А Элле, видимо, подойдет Императорский пансион для благородных девиц. Все равно, придется поступать на полный пансион, Обучаться в Гаральде им обоим не положено, не тот статус!

— Мама, папа, — робко спросила Элла, — а иначе нельзя? Как это, полный пансион?

— Элла, это значит, ты будешь жить в школе, вместе с другими девочками из дальних провинций. Поверь, это не страшно. На праздники и выходные будешь приезжать домой. И еще на каникулы. Четыре раза в год. Поверь, так учатся большинство детей знатных семей.

— А мы, что, знатные? Тебя же дед титула лишил!

— Дед лишил, император восстановил, даже больше, передал мне титул досрочно, деда его лишил еще Эвальд, отец нынешнего императора. Мы с мамой боялись, что нас, как членов неблагонадежного семейства тоже подвергнут опале, но все обошлось. Так что надо ехать на Эллану, приводить герцогство в порядок. Не стоит злить императора.

— Поняла, — вздохнула Элла, — только с Эдрианом будут проблемы!

— Ничего, я надеюсь на его разум.

— «Я бы не это не надеялось»! — промелькнула мысль у Эллы.

Эдриан был в ярости. Лакей, вернее, его молочный брат, изображавший лакея в гостиной, доложил ему о чем разговаривали за его спиной родители. Даже не спросили его мнения! Хочет ли он ехать на эту провинциальную Эллану, учиться в их задрипанном Кадетском корпусе! Могли бы его оставить доучиваться здесь, на Терре! Там, где все его друзья, все развлечения, вся жизнь! Конечно, отец всегда был недоволен его школой, говорил, что программа упрощена, дисциплины никакой, что после такой школы в нормальный университет не попадешь. Да не нужен ему никакой университет! Они с ребятами уже давно организовали музыкальную группу, правда, пока нигде не выступали — родители все, как один, были против! Но продолжали репетировать, считая дни до совершеннолетия, когда выйдут из-под родительской опеки и начнут завоевывать мир своим искусством. Короче говоря, когда отец вызвал его к себе в кабинет, разговора не получилось, вышел скандал. Самое противное, что ни один из его аргументов не был услышан. В конце концов он не выдержал, понял, что сейчас позорно разрыдается, выскочил из кабинета и понесся по коридору, не глядя по сторонам, пока не влетел в кого-то. Кого-то очень крепкого, потому что человек даже не пошатнулся, прихватил Эдриана за плечо, отстранил от своей груди, в которую тот впечатался, и бросил кому-то за своей спиной: