Другой рукой он подхватил замеревшую демоницу, и они зашагали в обратном направлении. Они шли крадучись и молча, стараясь избегать лужиц света от фонарей и близкого соседства с камерами. Касайрис выглядела подозрительно. Её походка вдруг стала неуклюжей и какой-то нелепой, глаза потухли и словно остекленели. Лишь выйдя на охранный пост, Рена заметила, что в ухе демоницы горит яркая алая серьга, и невероятная догадка озарила её. Они поменялись телами: Касайрис и полукровка! Аулус подтвердил эту теорию.

- Добро пожаловать в мир демонов, Филипп Данье! - протягивая руку демонице, сказал он.

Филипп ошеломленно молчал, и за время создания портала даже не пошевелился. Он стоял, как вкопанный и смотрел на всё невидящим взглядом. Дюлан втолкнул его в портал, после чего нырнул в сгущающийся туман сам. Рена последовала за ним. Однако, вместо сада Аулуса, они очутились на какой-то башне. Причем вдвоём. Полукровки и демона рядом не оказалось. Зато вид с башни открывался просто невероятный: Площадь с горой трупов была внизу, вдаль простирался эльфийский дворец с потрёпанными садами, а за ним бесконечное море. Рена огляделась вокруг. Город был как на ладони. Она увидела знакомый лес, ворота города и улицы, по которым они шли к демону.

- Прекрасное место, не правда ли? - приближаясь, спросил Дюлан.

- Да, интересное, - согласилась Рена. - Но что мы здесь делаем?

- Ждём главное представление этого дня. Казнь!

- Зачем?

- Надо убедиться, что Касайрис не оплошает и достойно изобразит смерть Данье, - сообщил Дюлан и подошёл ближе к бортику.

- Для чего она это делает? - осторожно подходя ближе, спросила Рена.

- Данье теперь её игрушка, и она хочет, чтобы больше никто не предъявлял на неё права. Поэтому для всего мира он должен умереть, - пояснил Дюлан.

- А вы... не её игрушка? - Рена сама не верила, что спросила.

- Упаси Полоз! - фыркнул Дюлан. - Касайрис взбалмошна и непредсказуема, потому и выбрала женскую ипостась. Стать её игрушкой, скорее кара, чем радость, но жизнь... Жизнь того стоит!

- Вы, правда, так думаете?

- А вы бы предпочли умереть? Хотя, для вас этот вопрос должен звучать иначе. Чтобы вы выберете, если ваша репутация станет угрозой вашей семьи - позор и изгнание или связь с демоном?

В глазах Дюлана мелькнул опасный огонёк.

- Надеюсь, мне никогда не придётся столкнуться именно с таким выбором. Но стать игрушкой демона - безумие!

Уголки губ Дюлана чуть дрогнули, но Рена так и не поняла, насмехается ли он над ней или ему понравился её ответ. К счастью, других каверзных вопросов больше не последовало, так как всем вниманием завладела публичная казнь. Почти над головой раздался тревожный трубный возглас и всё вокруг зашевелилось. На огромный балкон, возвышающийся над площадью, вынесли ложе и кресла, в центре площади, рядом с горой установили плаху и подвезли гильотину. Народ настороженно собирался, стараясь держаться подальше от трупов, но страх довольно быстро уступил место любопытству, и площадь довольно быстро заполнялась полукровками и людьми. Однако было подозрительно тихо. Жители боязливо косились друг на друга и старались держаться поодаль. Снова заголосили трубы, и к площади подъехала повозка с клеткой, где виднелись полураздетые, скованные одной цепью, жертвы. Толпа оживилась и больше не напоминала восставших мертвецов. Какофония голосов раздражала уши, но третий трубный сигнал заставил всех притихнуть. На балкон вышли эльфы. Сначала охрана, в серебряных доспехах и белых плащах, затем, судя по дорогой одежде и длинным волосам - принцы. Их было немного, и, не смотря на большое расстояние, Рена сразу узнала Этьена. Он замыкал шествие и занял самое последнее, наиболее близкое к выходу, кресло. А потом взошёл Император.