Выходя из ванной, она ищет Антона и находит на кухне. Кухонные шкафчики из темного дерева, висящие на петлях дверцы. Квадратный стол, пришпоренный к стене. Ветер, проходящий через раскрытое окно, развивает прозрачные занавески. Вышитые на них стрекозы разлетаются над столом. Гудит белый высокий холодильник.

Антон небрежно моет липкие от сладостей стеклянные тарелки. Звенит стекло. Варя заинтересованно подходит ближе.

— Можешь достать лимонад из холодильника? — не оборачиваясь, просит он.

— Да.

Варя раскрывает полный еды холодильник, отыскивает взглядом заветный, запотевший от холода, напиток, ставит на стол. Вглядывается в окно на все еще спящего под солнцем Чернова.

«Сгоришь же».

— Ты наверное думаешь «почему он такой»? — проносится ломаный голос над ухом.

— Что?

— Не притворяйся, что не слышала. Ты первая, кого он привел, — со вздохом отвечает Антон.

— Я думаю, мы друзья, но зачем он это делает, не понимаю.

— Хах, друзья. Да, забавно, — с усмешкой цедит через белые ровные зубы Антон.

— Что смешного?

— Мой брат не заинтересован в подружках, — констатирует он, закатывая глаза.

— Хочешь сказать, твой брат гей?

— Боже, упаси мужчин от такой участи. Ему просто не нужны друзья, тем более, такие мелкие девчонки, как ты.

— С чего бы тогда я здесь? Он конечно высокомерный придурок, но не слепой.

— Заметила? А ты не высокого о себе мнения, — возвращаясь к посуде, выдает он.

— Еще бы такое не заметить. Постоянно пытается меня запугать, разговаривает, как с ребенком, командует, — присаживаясь на табуретку, бурчит Варя.

— Почему тогда ходишь за ним?

Антон принимается обтирать мокрые тарелки полосатым кухонным полотенцем.