- Давно, лет двести тому назад. Король не был убит, он был на войне, но враг решил ударить в спину. Нет ничего страшнее, когда губят близких. Когда тебе некуда возвращаться, когда разрушен дом за твоей спиной... в столицу пришел отряд врага. Немного, пятьдесят человек. Как раз, чтобы и пройти быстро, и суметь защитить себя. Они сумели ворваться внутрь, королева, пока враг пробивался через город, схватила детей и спряталась в Вороньей башне.

- И?

- Она не была нашей крови. Но дети - были. А я была сильнее, я смогла подсказать.

- Она...

- Надрезала руку сына, окропила его кровью корни розы и ребенок попросил защиты. И все... враг не прошел. Розы сами полегли в тот день, но никого не пропустили во дворец.

Адриенна поежилась.

Она почти увидела, КАК это было.

Как рвались к стенам дворца через столицу чужие наемники, конные, оружные, в простых доспехах без всяких символов, как несколько из них все же упало, но остальные преодолели ворота дворца, как они сворачивают к Вороньей башне....

И как рвутся из-под земли черные розы.

Розы гнева и боли.

Кто сказал, что дети не умеют ненавидеть? Кто сказал, что им нее бывает больно? За себя, за мать, за братика или сестренку, за саму столицу...

И розы вырастают на глазах.

Захлестывают когтистыми плетями истошно ржущих коней, те бесятся, сбрасывают всадников, убегают, истошно крича - кони умные. А всадники остаются.

И идут прямо по розам... пока могут.

Доспехи не спасут от шипов. От побегов. От дурманящего аромата цветов, который не дает дышать, душит, обволакивает, побеги спутывают ноги, а стоит упасть - и тебя затянет в этот ковер, шипы отрастают на глазах, грозные и страшные, размером с палец...

Обвивают, уничтожают...

Утягивают вниз, под корни, оплетают так, что наемники становятся похожи на коконы... земля алеет от крови.

Розы не могут отрастить шипы размером с локоть. Но и множество мелких шипов тоже не порадует врага. А смерть от кровопотери...

Она тоже - смерть. Только помедленнее...

- Я напою розы. А... они не кинутся без приказа?