Сильвано меланхолично плюхнулся на кушетку.

- Понимаешь, Сальваторе, бабы - они словно ослики. Все время ждут от тебя морковки и морковки...

- От тебя так точно!

- Вот. А здесь бабы ничего не ждут. Плати и делай, что захочешь. Вот захочу - рисовать на ней буду. Красками. Захочу - просто спать буду. И никто не удивится, и сплетничать не будет...

- Тоже верно, - согласился Сальваторе Донато, которого даны и эданны столицы прозвали Ястребом. Наверное, за крючковатый нос. Или за характер?

Определенная склонность к стервятничеству в нем тоже присутствовала.

- Вот, ты и сам понял.

- Понял. Слушай, поделись секретом?

- Которым из? Если государственным - то перебьешься! Ни единой тайны не выдам!

- Потому как сам их не знаешь, - рассмеялся дан, сидящий неподалеку.

- А это и есть главная тайна, - важно поднял палец вверх Сильвано. Даже почти воздел...

- А мы о бабах. Ты вроде как к ее величеству подкатывал, нет?

Дан Сильвано только что пальцем у виска не покрутил.

- Ага, о королеве в борделе сплетничать. Я не понял, тут дом для умалишенных, что ли, по соседству?

Даны переглянулись.

Но... кто сказал, что мужчины не любят сплетни? Еще как любят!

Настолько, что просто с ума сходят! И любят, и ценят, и обмениваются ими с огромным удовольствием. Еще и сами чего присочинят.

Да, о бабах!

А о ком еще? О бабах, собаках, лошадях, боях, ставках... тем много, но в борделе как-то больше на дамскую тему получается.

- А все же? - поинтересовался Ястреб.