Филиппо понимал, что не дать супруге эту игрушку - получить скандал. Да и не золото она просит, не бриллианты... ночь в молитве?

В таком отказывать нельзя, его просто не поймут.

- Ваше величество! - Адриенна обрадовалась так искренне, что отказать стало и вовсе уж неудобно.

- С десяти вечера и до первых петухов. И четверо человек ждут под дверью.

- Благодарю! Сегодня? - засияла Адриенна.

- Завтра.

- как прикажете, ваше величество.

- а сегодня полежите, отдохните, и не вставайте. Дан Виталис так и распорядился, но я его еще сюда пришлю, - Филиппо поднялся и вышел вон.

- Утешать эданну Франческу, - меланхолично произнесла Адриенна.

Кардинал даже плечами не пожал. И что? Это и так всем понятно.

- Ваше величество, королю сейчас несладко придется.

- Он сам выбрал эту девку. И... иногда мне кажется, она пользуется лилиями, чтобы отбить запах тухлятины.

- Тухлятины, эданна Адриенна?

- Чем-то таким, гадким, от нее пахнет, - взмахнула рукой Адриенна. - Спасибо, кардинал. Вы меня просто спасли... беременность - это прежде всего моя душа, мои мысли, а какое тут может быть спокойствие, если они не в порядке.

- Дети - это радость ваше величество. Разве нет?

- Может быть. Но я-то могу умереть, - призналась Адриенна. - Вот просто - умереть.

- Умереть?

- Я слишком молода. В нашем роду женщины созревают поздно... из-за раннего брака первая беременность у матери закончилась выкидышем, а потом она умерла, рожая меня.

Кардинал искренне встревожился.

- Я сейчас пришлю сюда дана Виталиса. Ваше величество, умоляю вас не пренебрегать его советами.