Самонадеянный беллатор (спесь с которого еще не сбили встречи с настоящими злыми темными и приличный наставник Витиум) выдвигался на миссию с улыбкой победителя. Гадриэль считал, что был хорош, тем более Михаил убеждал его, что он готов к вылазкам, потому статный парень в красивой темной форме, увешанный гранатами, еще и с кустодиамским клинком наперевес, был в себе уверен. Он — не просто рядовой кустодиам. Он — мощь армии бонумов. Еще и меч Михаила призвать может. Круче его был только Чак Норрис, вот только он был лишь актером, а Гадриэль был истинным воином, избранным для служения силам добра.

Вот только на поверку круче оказался не Чак Норрис и его коронный удар, и даже не Гадриэль и его коронный удар. Круче всех в тот субботний вечер оказались котаури, вокруг дома которых было напичкано ловушек не меньше, чем вокруг Заставы. И на десерт умных и предусмотрительных монстров ждал вкусненький кустодиам, прилипший к паутине (и заодно узнавший о том, что сети паука Дарвина тверже кевлара и прочнее стали).

Быть бы самоуверенному дурачку живой куклой, если бы не одно обстоятельство. В гости к котаури приходили не такие же монстры, как они сами, а милая племянница. Именно эта чудесная девушка пришла навестить дядюшку с тетушкой как раз перед тем, как их решил навестить недавно пополнивший ряды кустодиамов Гадриэль, и она же остановила расправу, которая и начаться не успела.

Котаури пытались объяснить родственнице, кто такой Гадриэль и как сильно он опасен как для нее и ее матери, но племянница была непреклонна и требовала пощадить парня, иначе семейные выходные канут в лету. Удивительно, но на пару монстров этот примитивный ультиматум подействовал. Гадриэля отпустили целым и невредимым, даже забыв стереть ему память (настолько монстры были поражены нетривиальностью самой обыкновенной субботы и тем фактом, что их названная племянница поцеловала бонума-идиота на прощание). И, конечно же, ни котаури, ни их племянница не рассказали никому о том, что произошло на субботнем ужине. Как ни рассказывали о том, что происходило дальше.

В голове Гадриэля нашлось место не только для глупых планов, но и для белокурой красавицы. Через неделю, прямо к очередному субботнему ужину, он снова явился к котаури, откуда его в очередной раз выставили живым только благодаря племяннице. Гадриэль и сам не знал, зачем таскался к дому монстров еще три субботы подряд, еще и оставлял у входа цветы. Как не знал почему на пятый раз девушка все же вышла. Но именно так началась история Гадриэля и Деи…