Девушка под руку с тетушкой вошла в обеденный зал, из которого дядя перед приездом северян распорядился вынести все гобелены, кишимирские ковры и серебряную утварь, старательно прибедняясь перед кредитором.

Лорд Рейвин Эстергар уже ожидал ее. Внешне он был полной противоположностью ее дяди — высокий, даже по меркам северян, стройный и светловолосый, держался спокойно и немного надменно, глядя на тучного неповоротливого Моррета, подобострастно расшаркивающегося перед ним, с плохо скрываемым презрением. На этот раз с Эстергаром было только двое приближенных. Одного из них, Джоара Хэнреда, молодого мужчину с рыжими волосами и шрамом от ханкитского изогнутого меча на всю левую половину лица, Лейлис знала — он командовал отрядом, три года охранявшим границы владений Хостбинов от кочевников. Второй был юноша с очень светлыми, почти белыми волосами и вышитым на груди гербовым изображением сине-серебряной рыбы. Он прибыл вместе с Эстергаром три дня назад, и девушка с трудом вспомнила его имя — Риенар Фэренгсен. Все трое были при оружии — северяне не расставались с мечами ни под каким предлогом, усматривая в этом ущерб для чести. В день прибытия лорд Рейвин, вместо того, чтобы отдать свой меч леди Хостбин, поклялся на старом наречии, что не обнажит его под крышей дома Хостбинов против хозяина и членов его семьи. Моррета это вполне устроило, хоть и не совсем соответствовало принятым на юге правилам этикета.

Лорд Рейвин даже не улыбнулся при появлении своей будущей невесты. Еще при самой первой встрече он произвел на девушку впечатление мрачного и холодного человека. От его взгляда у Лейлис по спине бежали мурашки, этот человек пугал ее, хоть она и не могла понять, чем именно.

— А вот и моя дорогая племянница, — притворно елейным голосом возвестил лорд Моррет. — Поприветствуй гостей, Лейлис.

Девушка присела в реверансе перед лордом Рейвином и его спутниками.

— Она у нас такая скромница, — так же приторно-фальшиво затянула леди Отта. — Так обрадовалась предстоящей помолвке, что засмущалась.

— Скромность — хорошее качество для женщины, — заметил Эстергар на своем языке, Хэнред перевел его слова. Вообще-то, лорд Рейвин знал диалект Долины достаточно хорошо и почти свободно на нем изъяснялся, если не считать твердого северного акцента, но все равно предпочитал говорить через переводчика.

— Да, конечно, — тут же согласился Моррет. — Скромность и благонравие — вот главные украшения женщины… Моя племянница сполна обладает всеми качествами, приличествующими супруге такого знатного и влиятельного человека, как ваша милость.