Данте не отвечает, лишь сверлит взглядом Сета.

– Исрафил не доверяет тебе, и другие высшие ангелы, вероятно, тоже. Он ждет, что я сразу заберу кольцо себе, и я это сделаю. Но да, мы попытаемся. Клянусь. Как только отыщем корону. – Теперь он смотрит на Гора. – Ты будешь за это в ответе.

– А что нам терять? – спрашивает он, засовывая руки в карманы своих черных классических брюк.

Я испытываю облегчение и радость из-за того, что Данте сам поведал нам о разговоре с высшим ангелом. Не хотелось бы ставить под сомнение его мотивы, но он сидит на всех стульях. Это его мать и народ, его друзья, а еще и возлюбленный. К тому же теперь на стороне джинна сражается мужчина, который, как он думал в течение нескольких тысячелетий, предал их всех.

– Если маги отдадут кольцо, его должен получить тот, кому оно принадлежит, – только и говорит Сет, однако облегчение в его голосе не услышать просто невозможно.

У меня что-то сжимается в груди. Итак, пора. Мы заберем кольцо. Я придвигаюсь ближе к Азраэлю.

– Мы все согласны, что это разгадка головоломки? – Он смотрит по очереди на каждого из присутствующих. – Возможно, у нас будет всего одна попытка, чтобы незаметно перенести кольцо оттуда. Плюс неизвестно, что нас там ожидает. Об этом никому нельзя рассказывать, чтобы не повторилось произошедшее у оракула.

– Не повторится, – качает головой Сет. – Мы войдем, Тарис потребует кольцо, и мы вернемся обратно.

Хотелось бы мне быть настолько же уверенной в легкости и простоте выполнения задуманного, как Сет.

– А потом займемся короной.

В глазах бессмертных появляется нетерпеливый блеск.

Вздохнув, Азраэль обращается к Сету:

– Если мои предположения верны, при помощи регалий власти Осирис сможет покинуть Дуат и вернуть свои силы. Затем он попытается тебя убить.

– Я рискну, – откликается Сет. – Сейчас речь не обо мне.

Перевожу взгляд на Гора. Истолковать выражение его лица не составляет труда. Пусть Гор и не может похвастаться близкими отношениями с родителями, но Сету он по-прежнему не доверяет. Вообще он здесь только ради того, чтобы не подводить Азраэля и Данте. На это есть две возможные причины. Он хочет защитить Аза от Сета и в то же время помочь им с Данте вернуться в Атлантиду. Правда в том, что этот союз крайне хрупкий. Мне жаль Сета. После трех тысяч лет заточения он заслуживает от жизни большего, чем ненависть и неприятие. Я переживаю за его судьбу, когда они все уйдут в Атлантиду. Если не удастся раскрыть козни Осириса, продолжит ли Азраэль, несмотря на это, его поддерживать? Или вновь пожертвует им, считаясь больше с чувствами Нейт? Этого я, скорее всего, никогда не узнаю.