– Осталась пара штрихов.
– Осталась пара штрихов.
– Тогда выдвигаемся завтра ночью, – подытожила старшая ведьма.
– Тогда выдвигаемся завтра ночью, – подытожила старшая ведьма.
…
Розалинд стояла посреди комнаты Джонатана и наблюдала за тем, как он безмятежно сопит в своей кровати, не подозревая об опасности в ее лице.
Розалинд стояла посреди комнаты Джонатана и наблюдала за тем, как он безмятежно сопит в своей кровати, не подозревая об опасности в ее лице.
Ее глаза зловеще мерцали в темноте, а в руке блеснула холодная сталь.
Ее глаза зловеще мерцали в темноте, а в руке блеснула холодная сталь.
– Пора вставать, – угрожающе спокойно сказала девушка и двинулась к мужчине.
– Пора вставать, – угрожающе спокойно сказала девушка и двинулась к мужчине.
Лезвие кинжала оказалось в опасной близости у его сонной артерии.
Лезвие кинжала оказалось в опасной близости у его сонной артерии.
Джонатан, почувствовав сквозь сон странное ощущение на коже, очнулся.
Джонатан, почувствовав сквозь сон странное ощущение на коже, очнулся.
– Добрый вечер, – она улыбалась, скаля свои острые зубы. – Джонатан Шарп.
– Добрый вечер, – она улыбалась, скаля свои острые зубы. – Джонатан Шарп.
– Ведьма! – завопил он.
Ведьма! – завопил он.
– Не дергайся, иначе поранишься, – Роза сильнее надавила на нож. – У меня есть к тебе дело.